Сел голос как восстановить быстро в домашних: Как восстановить голос за один день

Содержание

Нарушения речи после инсульта – что стоит знать родственникам

Пятница,  18  Августа  2017

В статье даны пояснения и рекомендации для близких,

чтобы помочь родственнику с нарушениями речи после инсульта или черепно-мозговой травмы.

 

К сожалению, после инсульта могут возникать самые разные нарушения: двигательные, координационно-пространственные, речевые, мнестические и т.д. Здесь напишу только про речевые.

Сразу уточню: этот текст для «обычных людей» — для родственников пациентов, перенесших инсульт, не для специалистов, поэтому здесь не будет классификации нарушений речи (афазий), локализации нарушений и подробных описаний реабилитационного процесса.

Почему нарушается речь?

Афази́я — это локальное отсутствие или нарушение уже сформировавшейся речи. Возникает после инсульта, черепно-мозговой травмы или других органических повреждений головного мозга.

У большинства людей (правшей) речевые центры находятся в левом полушарии мозга (у левшей, соответственно, в правом) — т.е. повреждение именно этих отделов мозга будет давать разнообразные речевые нарушения (помимо двигательных, координационных и др.).

В зависимости от тяжести повреждения (площади повреждённого участка мозга), нарушения речи можно поделить на лёгкие, средние и тяжёлые. Стоит добавить, что у одного пациента вполне может встречаться сразу несколько афазий — если инсульт был множественным (или повторным), или если повреждение затронуло сразу несколько соседних участков.  

Как это может выглядеть?

Например, так: пациент активно пытается что-то сказать, но его речь абсолютно не понятна — она похожа на какой-то причудливый иностранный язык (в афазиологии такая речь описывается словами «словесная окрошка»).

Также выяснится, что и нашу речь он не понимает: такой пациент не сможет выполнить простейшую просьбу закрыть глаза или пошевелить левой рукой.

Здесь мы имеем дело с одной из самых тяжелых афазий (сенсо-моторная афазия), когда нарушается одновременно и понимание обращенной речи, и собственное произнесение слов. Представьте, что вы оказались в Китае — вы вполне слышите речь жителей, но совершенно не понимаете, что именно означают эти странные сочетания звуков. Больной человек находится сейчас в том же положении — у него нарушена функция фонематического слуха, когда мозг анализирует слышимые звуки, складывая их в знакомые слова. Слышать он слышит, но не может анализировать и распознавать.

В менее тяжёлых случаях или при других типах афазий, речь человека может становиться нечёткой, он может заикаться или «застревать» на отдельных звуках, менять их местами, забывать слова или использовать их не по назначению, может испытывать трудности с логико-грамматическими конструкциями (например, будет сложно понять отличия между сочетаниями «брат отца» и «отец брата») и т.д.

Нарушается ли мышление при нарушении речи?

И да, и нет.

Да, в том смысле, что у нас речь и мышление неразрывно связаны: мы думаем словами, и продукция нашего мышления тоже, в большинстве своём, вербальна. Поэтому при нарушении речи нарушается и память (словесно-логическая), и мышление.

Тем не менее (за исключением случаев тяжелой сенсо-моторной афазии), человек с нарушением речи чаще всего понимает всё, что ему говорят, узнаёт близких и запоминает новых людей. Кроме того, он сохраняет весь набор бытовых навыков и знаний о мире, т.е. он не положит кошку в холодильник и не начнёт жевать одеяло.

 У нас есть знакомый детский логопед. Может ли он помочь?

Только если у него есть специальные знания по афазиологии. Если нет, то иногда работа с детским логопедом может не принести пользы, а то и ухудшить ситуацию. Дело в том, что цели и методы работы отличаются у детского логопеда и логопеда-афазиолога (это же относится к нейропсихологу, работающему с детьми и нейропсихологу в отделении нейрореабилитации — это разные специалисты). Вы же не пойдёте к стоматологу, если болит ухо — вот и здесь лучше идти к узкому специалисту именно в этой области.

Как долго нужно будет заниматься?

Это зависит от тяжести афазии. Иногда (в лёгких случаях) улучшение наступает довольно быстро, буквально за пару недель. В тяжелых случаях — это вопрос многих месяцев, а то и лет постоянной работы со специалистами (логопед, нейропсихолог). И даже после этого речь может не восстановиться полностью, т.к. повреждение части мозга, к сожалению, необратимо.

Когда можно начинать работать с пациентом?

Чем раньше, тем лучше. Есть  отделения, где работа с пациентами начиналась уже в реанимации. Поэтому, запомните пожалуйста: если у вашего близкого есть речевые нарушения, а также нарушения глотания (он давится или попёрхивается слюной/едой/водой) — обязательно просите, чтобы с ним работал логопед и/или нейропсихолог. 

Общие рекомендации для родственников пациентов с нарушениями речи:

1) пожалуйста, имейте в виду, что афазия (нарушение речи)

не является психическим заболеванием, даже тогда, когда изъяснения пациента лишены всякого смысла. Пациенты всё равно понимают интонации, поэтому при занятиях с такими больными категорически недопустимо повышать голос или допускать любые другие проявления агрессии — ведь сейчас человек не может ответить или как-то защитить себя.

2) всячески вовлекайте пациента в общение. Даже если он молчит или говорит крайне неразборчиво. Если он будет вычеркнут из общения, то шансов на восстановление речи практически нет — просто потому, что речь восстанавливается только в процессе собственно общения. Можно давать пациенту слушать радио, телевизор, любимую музыку, петь песни, предлагая ему подпевать (хотя бы не словами, а просто звуком или мычанием).

3) продолжайте заниматься, даже если пациент упорно молчит, отказывается от занятий и не отвечает на задаваемые вопросы. Можно работать хотя бы над пониманием обращённой речи: «Пожалуйста, возьми карандаш», «Покажи мне, ты хочешь яблоко или грушу?». У человека после перенесённого инсульта часто развивается депрессия, поэтому фон настроения может быть пониженным, так же, как и мотивация к деятельности. Учитывайте это, пожалуйста, не ругайте пациента за лень — просто помогайте ему делать то, что он может делать.

4) не стоит прерывать больных во время их попыток что-то сказать, даже если это тянется долго. Также не стоит договаривать за человека или заканчивать фразы, начатые пациентом, как бы помогая ему. Да, подобная помощь экономит время, но в итоге снижает шансы человека на собственное восстановление.

5) пациенты с нарушениями речи с большим трудом понимают (или не понимают совсем) длинные и быстро произносимые предложения, поэтому желательно говорить

короткими, простыми фразами, в медленном темпе, при необходимости повторяя уже сказанное, дополняя слова жестами или картинками.

6) пациенты с афазией очень чувствительны к внешним раздражителям и шуму, поэтому с таким пациентом желательно заниматься индивидуально, в тихой комнате, не привлекая большого количества знакомых или родственников (если все хотят поучаствовать в реабилитационном процессе — пожалуйста и молодцы, но лучше по очереди или каждый в свой день).

7) не старайтесь «выдержать» какое-то определённое время занятия — час, 40 минут и т.д. Мне кажется более правильным ориентироваться на текущее состояние пациента: как он себя чувствует и какова его работоспособность сегодня. Если вы замечаете, что в ходе занятия стали часто возникать ошибки, неудачные ответы, речь стала совсем нечёткой, то это сигналы того, что пациент утомился, и занятие стоит прекратить или дать человеку время для отдыха.

Теперь более конкретные рекомендации (ещё раз подчеркну, что пишу это для родственников пациентов после инсульта или ЧМТ, не для специалистов, поэтому каких-то специальных подробностей или методических рекомендаций под каждый вид афазии здесь не будет).

Начало

Итак, самое важное, с чем нужно определиться на первом этапе — это проверить, понимает ли пациент обращённую речь.

Сделать это довольно просто: дайте человеку несколько простых инструкций — «Закрой глаза», «Высуни язык», «Подними левую руку» (при условии, что движения в этой руке сохранны), «Покажи свой нос», «Покажи дверь в комнате».

Если пациент смотрит на вас, качает головой, делает любые другие движения, кроме требуемых — увы, понимание обращённой речи нарушено. В этом случае обязательно нужна дополнительная специализированная помощь — логопеда, нейропсихолога.

Что можно делать самим

Для начала согласовать всё нижеизложенное с тем логопедом/афазиологом/нейропсихологом, который будет работать с вашим пациентом) хотя принципы восстановления, вроде бы, универсальны, но каждый специалист имеет право на свои предпочтения, методы первого выбора и т.д. — поэтому рекомендации именно вашего специалиста будут иметь наибольший вес.

Мои рекомендации таковы:

В промежутках между занятиями со специалистом можно работать над пониманием обращенной речи.

Например, так: поочерёдно назвать и показать на себе — «нос», «ухо», «глаза» (буквально — «Это у меня нос. Нос. НОС»). Можно показать эти же части лица у самого пациента, ставя его руку на его нос, или легонько касаясь своей рукой. (Можно использовать рисунок лица, дополнительно показывая нужные части на рисунке, сделав соответствующие подписи). После нескольких таких повторов попросить пациента: «покажи нос»? «Покажи ухо?». Иногда только на понимание этих вот трёх слов и связывание их с соответствующими частями лица уходит 2 недели и больше. Не спешите, пожалуйста.

Одновременно можно сопровождать короткими пояснениями все свои действия: «сейчас я беру ложку», «я кладу тебе яблоко», «это подушка», «я выключаю свет», «пошёл дождь» и т.д.

Можно

читать небольшие тексты для 1-3 класса, из нескольких абзацев, особенно выделяя слова и фразы, помогающие понять, о чём этот текст. А потом показать человеку 2-3 картинки, где 2 — любые, а одна — о том, о чём вы читали (допустим, текст был о жизни птиц — вы показываете карточки, на которых изображены машина, птица, платье), спросить: «Покажи картинку — о чём был этот текст?».

Дело в том, что при таком нарушении речи грубо нарушается понимание и различение отдельных звуков, но понимание более крупных смысловых единиц может быть более сохранным. Механизм простой: если в тексте 50 слов, то есть шанс, что человек сможет распознать 5-7 из них, составив на основании этого примерное представление о содержании текста — но когда он слышит всего 3 слова, то шансов практически нет. Поэтому здесь обучение идёт от более крупных единиц к более мелким: понимание текста в целом > понимание абзаца > понимание предложения > понимание слова > понимание отдельных звуков.

Кроме того, у пациента может сохраняться зрительная память на слова, поэтому можно предлагать задания, когда нужно совместить картинку и подпись к ней: например, с одной стороны стола вы кладете карточки, на которых изображены дом, стол, цветок, яблоко, дерево (здесь может очень помочь детское лото) — а на другой стороне кладете написанные крупными буквами слова ДОМ, СТОЛ, и т.д. Также можно рисовать простые картинки, рядом делать подписи к ним, а ниже рисовать клеточки по числу букв, чтобы пациент мог «списать» правильное написание слова, соединяя зрительный образ слова и его написание.


Полезно, хорошо, можно и нужно слушать, а ещё лучше петь песни — горячо и заслуженно любимые логопедами «Катюшу», «Подмосковные вечера» и другие напевные, плавные песни. Понятно, что пропевать слова пациент не будет, но вполне может узнать знакомый мотив и «подпевать» на уровне отдельных звуков и мычания — и это уже будет хорошо для стимуляции понимания речи.

Чего нельзя делать и почему

Не стоит пытаться «учить» пациента повторять слова: «а теперь скажи «яблоко». На данном этапе это лишено смысла. Да, после многих попыток пациент сможет повторить слово за вами, но он не будет понимать, что оно означает. Всё равно, что учить китайский язык только на слух: я могу запомнить и повторить «тянь фэн» — но пока я не понимаю, что это означает, это просто набор звуков.

Сюда же относится чтение букваря или детских книжек — не нужно. Выше я  писала о том, что восстановление здесь идёт не по тому же пути, что обучение: если детишки учатся читать, начиная с отдельных букв, потом по слогам и т.д., постепенно укрупняя смысловые единицы, то в данном случае всё ровно наоборот.

Рекомендации для тех случаев, когда нарушений понимания речи нет.

Так получается, что эти рекомендации будут максимально общими: у меня нет цели написать подробные и специфические рекомендации для оставшихся 5-6 типов афазий,  у специалистов всё равно есть свои наработки и идеи, а для родственников это едва ли будет сильно полезным — скорее, запутает.

Поэтому ещё раз: пожалуйста, найдите хорошего логопеда/афазиолога/нейропсихолога для работы с пациентом. Обязательно согласуйте с ним те варианты работы, которые предлагаю здесь я. Дело в том, что нарушения речи могут быть разной степени выраженности: лёгкой, средней, тяжелой — поэтому какие-то рекомендации могут не подойти, быть слишком сложными или, наоборот, лёгкими, не помогающими.

В целом, данные упражнения подойдут для пациентов с нарушениями звукопроизнесения, со сложностями «вступления в речь» (сниженная речевая инициатива), с «забываниями» слов (при таком нарушении речи человек помнит функции предметов, но часто не может вспомнить их названия). При этом каждый перечисленный вариант афазии имеет свою специфику работы — в данной статье я, к сожалению, не смогу всё это учесть. Поэтому даю здесь только те рекомендации, которые точно не навредят пациенту с любым вариантом нарушения речи (кроме пациентов с нарушениями понимания — им тоже не навредит, просто будет бесполезно; про них была отдельная статья — см.часть 2 рекомендаций).

 Что можно делать?

1) Проговаривание так называемых автоматизированных речевых рядов: чисел по порядку от 1 до 10, дней недели, месяцев, имён близких людей. Проговаривание должно быть напевным, протяжным – так пациентам легче понимать и отличать звуки между собой. Во всех случаях очень хорошо помогает ритмически организованная речь – пение хорошо известных и любимых песен, чтение стихов. Договаривание хорошо известных пословиц и поговорок: «Тише едешь – дальше…будешь».

2) Очень полезны любые интересные для больного настольные игры, когда становится возможной спонтанная речевая активность («Ух ты!», «Ага», «Вот тебе», обсуждение правил или спорных моментов) – т.е. речь становится не предметом занятия, а его фоном, снижая тем самым уровень напряжения.

3) Также важно уделять внимание глаголам, т.е. продолжения фраз могут выглядеть так: «Солнышко…что делает?…светит», «Мальчик..что делает?…бежит». Здесь можно показывать разные картинки с людьми и животными во время каких-то действий (человек идёт, птица летит, кошка сидит, собака лежит), задавать вопросы по ним (кто здесь идёт? а что делает кошка?).

4) Можно называть одно существительное, а пациент должен назвать к нему несколько глаголов: дождь что делает? Идет, льёт, капает, заканчивается.

5) Желательно сочетать устную, письменную речь (левой рукой, если правая не работает) и чтение. Так слово запоминается сразу в нескольких планах: как оно звучит на слух, как оно произносится и как пишется (можно добавлять рисунок).

6) Разучивание слов желательно сопровождать картинками; при лёгких формах нарушений речи слово важно демонстрировать в разных падежах и контекстах: «Это стол. Мы сидим за столом. Столы бывают обеденные, письменные. На столележит ручка. Под столом сидит кошка» (показывается картинка стола или рисуется стол — круглый, квадратный и т.д.).

7) Можно перечислять предметы в комнате или за окном, называть цвета, которые видны вокруг, называть предметы на заданную букву.

8) Договаривание предложений с жестко заданным и понятным финалом. Т.е. когда высказывание можно закончить только одним-единственным словом, не требующим обдумывания. Например:

Из окна видно голубое…небо.

Ночью на небе светит…луна.

Днем на небе светит яркое…солнце.

По небу бегут легкие белые…облака.

Дует сильный…ветер.

Зимой идёт белый пушистый…снег.

За окном растут зеленые…деревья.

На деревьях поют певчие…птицы.

На клумбах растут красивые…цветы.

Мы пойдем в лес собирать…грибы и ягоды.

Из ягод мы сварим вкусное…варенье.

Под деревом сидит злая…собака.

Занятия обязательно заканчивать на позитивном моменте, ситуации успешности пациента (для этого можно вернуться к более лёгким заданиям, если сложные не получаются) – это создаёт благоприятный психологический настрой, способствует укреплению уверенности в себе и эффективности реабилитации в целом.

Литература, которая может помочь:

1) М. Шохор-Троцкая, «Коррекция сложных речевых расстройств».

2) Амосова Н.Н., Каплина Н.И. «Практические упражнения для восстановления речи у больных после инсульта, черепно-мозговой травмы и других заболеваний головного мозга».

3) М. Шохор-Троцкая, «Коррекция сложных речевых расстройств».

4) Л.Б. Клепацкая, «Внимание, мышление речь. Комплекс упражнений (грубая форма афазии). Часть 2. Часть 1 (работа над пониманием обращенной речи).

 

 

С уважением к пациентам и их родственникам

 медицинский психолог БУ «Советская психоневрологическая больница»

Гончарова Ольга Геннадьевна


Дыхательная гимнастика при коронавирусе: инструкции :: Здоровье :: РБК Стиль

  1. Во время коронавируса
  2. После коронавируса
  3. Противопоказания
  4. Лучшие упражнения для реабилитации
  5. Комментарий эксперта

Дыхательная гимнастика во время коронавируса

Доктор Нейт Фавини, ведущий врач Центра передовых медицинских технологий, отмечает, что нет никаких доказательств того, что дыхательные упражнения полезны для больных коронавирусом и помогут защитить организм от болезни, если он уже поражен [1].

«Цель упражнений, которые можно выполнять в домашних условиях, — очистить легкие от слизи, восстановить дыхание и сохранить дыхательные пути открытыми», — говорит врач Майкл Нидерман из Высшей школы медицинских наук им. Вейля Корнелла в Нью-Йорке [2]. Он считает, что гимнастика должна строиться на глубоких вдохах и кратковременной задержке воздуха. Такие циклы упражнений часто заканчиваются сильным кашлем, что говорит об очищении легких. «Глубокое дыхание увеличивает количество кислорода, попадающего в легкие, и объем покидающего их углекислого газа», — объясняет Эма Свингвуд, председатель Ассоциации дипломированных физиотерапевтов по респираторной помощи [3].

При этом вдыхание большого количества воздуха через рот может вызвать раздражение слизистой. Особенно если выполнять упражнения в сухом, недостаточно проветренном помещении. На первых порах лучше вдыхать через нос, так как при этом воздух согревается и увлажняется. Дыхательные упражнения помогают быстрее восстановиться после болезни, но они не защищают от заражения COVID-19.

Как дыхание может ускорить обмен веществ и быстрее расходовать калории

Дыхательная гимнастика после коронавируса

В июле Минздрав опубликовал временные методические рекомендации по медицинской реабилитации при новой коронавирусной инфекции [4]. Врачи советуют делать легкую гимнастику, начиная из положения лежа, и дополнять ее дыхательными упражнениями. Последние включают в себя чередование глубоких вдохов и выдохов, кратковременную задержку дыхания и выдохи с произношением разных звуков. В рекомендациях сделан упор на тренировку вспомогательной мускулатуры, задействованной при дыхании. Выполнять упражнения нужно в течение трех-четырех недель по два-три раза в день и только в случае, если температура тела не превышает 37,2 градуса.

Дыхательная гимнастика не исключает другие реабилитационные назначения врача: прогулки, восстановительную диету, лекарственную терапию и физиопроцедуры. Часто на фоне коронавируса обостряются хронические заболевания, поэтому восстановительный период будет проходить с учетом особенностей пациента.

Упражнения для души: как быстро поднять настроение с помощью спорта

Противопоказания для дыхательной гимнастики

Соблюдайте меры предосторожности, обращайтесь к врачу и не делайте дыхательные упражнения без его контроля, если [5]:

  • сохраняется повышенная температура без других симптомов;
  • появилась одышка и затрудненное дыхание;
  • присутствует боль в груди и учащенное сердцебиение;
  • возникли отеки конечностей.

Дыхательную гимнастику стоит прекратить, когда в процессе вы заметили:

  • головокружение;
  • одышку сильнее обычной;
  • боль в груди;
  • чрезмерную потливость;
  • сильную утомляемость;
  • аритмию.

Если вышеперечисленные симптомы не исчезли после прекращения упражнений, сообщите о них лечащему врачу и следуйте его указаниям.

Как заниматься спортом без вреда для здоровья: 5 правил

Лучшие дыхательные упражнения для реабилитации

Диафрагмальное дыхание

Глубокое дыхание восстанавливает функцию легких с помощью диафрагмы, помогает нервной системе расслабиться и восстановиться. Это упражнение по глубокому дыханию разбито на фазы. Постепенно увеличивайте количество повторений и переходите к следующей фазе только тогда, когда сможете выполнить упражнение, не запыхавшись.

© Karolina Grabowska/Unsplash

Фаза 1: глубокое дыхание на спине

Лягте на спину и согните ноги в коленях так, чтобы ступни упирались в кровать. Положите руки на живот или обхватите ими боковые стороны живота. Закройте губы и прижмите язык к небу. Вдохните через нос и втяните воздух в живот. Попытайтесь на пятом вдохе развести пальцы в стороны. Медленно выдохните через нос. Повторяйте глубокие вдохи в течение одной минуты.

Фаза 2: глубокое дыхание на животе

Лягте на живот и положите голову на руки, чтобы дать возможность дышать. Закройте губы и прижмите язык к небу. Вдохните через нос и втяните воздух в живот. Постарайтесь сосредоточиться на том, чтобы живот упирался в матрас во время дыхания. Медленно выдохните через нос. Повторяйте глубокие вдохи в течение одной минуты.

Фаза 3: глубокое дыхание сидя

Сядьте прямо на край кровати или в устойчивый стул. Обхватите руками живот. Закройте губы и прижмите язык к небу. Вдохните через нос и втяните воздух в живот, где находятся руки. Попытайтесь на вдохе развести пальцы в стороны. Медленно выдохните через нос. Повторяйте глубокие вдохи в течение одной минуты.

Фаза 4: глубокое дыхание стоя

Встаньте прямо и обхватите руками живот. Закройте рот и прижмите язык к небу. Вдохните через нос и втяните воздух в живот. Попытайтесь на вдохе развести пальцы в стороны. Медленно выдохните через нос. Повторяйте глубокие вдохи в течение одной минуты.

В этом видео физиотерапевт Пейтинг Лайен демонстрирует правильные техники диафрагмального дыхания и несколько простых упражнений для тела

Зевание с улыбкой

Это упражнение включает движение с глубоким дыханием, которое помогает улучшить координацию и укрепить руки и плечи.

Сядьте прямо на край кровати или на прочный стул. Вытяните руки над головой и широко зевните. Опустите руки вниз и улыбайтесь в течение трех секунд. Повторяйте одну минуту.

Дыхание со звуком

Подключение голосовых связок при выдохе способствует увеличению выработки оксида азота в организме. Он помогает пластичности, то есть построению и восстановлению нервной системы, расширяет кровеносные сосуды, позволяя доставлять больше кислорода по всему телу. Упражнение успокаивает и снимает стресс.

Сядьте прямо на край кровати или на стул. Обхватите руками живот. С закрытыми губами и языком на небе сделайте вдох через нос и втяните воздух в живот. Попытайтесь на вдохе развести пальцы в стороны. Когда легкие наполнятся, держите губы закрытыми и выдыхайте носом, напевая «х-м-м». Обратите внимание, как руки опускаются вниз. Повторяйте в течение одной минуты.

«Дрова»

Упражнение выполняется стоя. Встаньте на носки, поднимите руки вверх и сцепите пальцы. Прогнитесь назад и резко нагнитесь вперед и вниз, будто рубите дрова. Выдох должен быть сильным и громким. Вернитесь в исходное положение и повторите несколько раз.

© Robina Weermeijer/Unsplash

«Лыжник»

Поставьте ноги на ширине плеч, поднимитесь на носки. Наклоните тело немного вперед, вытяните руки вперед. Представьте, что держите лыжные палки. На выдохе усильте наклон, переведите руки вниз и назад, попружинив ими в этом положении пару секунд. В условное положение нужно возвращаться, делая глубокий диафрагмальный вдох.

Асимметричное дыхание

Суть упражнения в том, чтобы делать короткие вдохи и максимально продолжительные, неспешные выдохи в пять раз длиннее. Упражнение можно выполнять лежа, сидя или стоя.

«Кошка и корова»

Встаньте на четвереньки. На вдохе прогнитесь в пояснице, подняв таз и голову вверх, на выдохе округлите спину, опустив таз и направив взгляд вниз. Упражнение помогает не только поработать с дыханием, но и укрепить мышцы спины, обеспечивая мягкую комфортную растяжку.

Растяжка: зачем она нужна и как ее правильно делать

Дыхание по методу Бутейко

Упражнение можно выполнять только при отсутствии очевидного дискомфорта при дыхании. Суть метода — спровоцировать кратковременный недостаток кислорода. Сделайте вдох на счет два, затем выдох на счет четыре, после чего задержите дыхание на пять секунд.

«Дыхание льва»

Примите удобное положение сидя. Можно сесть на пятки или скрестить ноги. Прижмите ладони к коленям, широко разведя пальцы. Сделайте глубокий вдох через нос и широко откройте глаза и рот, высуньте язык, опуская его кончик к подбородку. Во время выдоха через рот сожмите мышцы передней части горла, издавая длинный звук «ха». Можно направить взгляд вверх или на кончик носа. Повторите несколько раз.

Расширение диафрагмы

Лягте на спину. Положите большую книгу или стопку книг на живот прямо над пупком. Направьте взгляд в их сторону. Сделайте вдох животом, чтобы книги поднялись и опустите их на выдохе. Спина может слегка отрываться от пола. Сделайте 10-15 повторений, передохните и повторите еще два раза.

Комплекс упражнений

Врачи из Ивановской областной клинической больницы составили комплекс упражнений для восстановления после легкой и среднетяжелой формы COVID-19. Он подходит пациентам всех возрастов и может быть использован для реабилитации после пневмонии, не вызванной коронавирусом. Гимнастику следует выполнять в спокойном темпе, лежа на полу.

Комментарий эксперта

Елизавета Конева, д.м.н., главный специалист по медицинской реабилитации АО ГК «Медси», руководитель Центра восстановительной медицины Клинической больницы №1 «Медси», профессор кафедры спортивной медицины и медицинской реабилитации Первого Московского государственного медицинского университета им. И.М. Сеченова

Дыхательная гимнастика не спасет от заражения, но она показана пациентам с коронавирусной инфекцией. В период болезни, при пневмонии, мы обязательно рекомендуем делать индивидуально подобранные упражнения. У пациента, как правило, снижена мобильность, есть риск гиподинамии, поэтому дыхательные упражнения идут на пользу восстановлению. Они подбираются с учетом локализации по показателям КТ: важно понять, какая часть легких поражена, и, исходя из этого, подобрать комплексы, направленные на индивидуальную работу.

Нельзя выбирать между прогулкой на свежем воздухе и дыхательными упражнениями. Это не взаимозаменяемые, а взаимодополняемые рекомендации, которым нужно следовать. Врачи назначают дыхательные упражнения при влажном кашле, для улучшения отхождения мокроты. При сухом кашле они неэффективны и могут даже ухудшить ситуацию.

Дыхательная гимнастика — это двигательная нагрузка, при которой происходит изменение сердечного ритма, направленная в том числе на включение дополнительных объемов вдыхаемого воздуха. При ковидной пневмонии меняется эластичность бронхолегочной системы, поэтому не стоит прибегать к дыхательной гимнастике самостоятельно, без консультации специалиста и комплексного лечения. В процессе выполнения упражнений важно контролировать давление и пульс. Работа направлена на улучшение дренажных функций и активизацию основной дыхательной мускулатуры.

При ОРВИ, если нет бронхолегочных осложнений, упражнения не нужны, как и при полном восстановлении после пневмонии. Если у пациента диагностирована сформированная фиброзная ткань в легких, то стоит продолжать выполнение упражнений и после болезни.

Что касается дыхательных комплексов, то нет универсальных программ, которые подойдут любому человеку. Здоровые люди могут попробовать освоить дыхательные техники, но лучше делать это после консультации со специалистом. Нужно подробно изучить анамнез пациента, определить симптоматику, хронические заболевания и индивидуальные особенности и только тогда подбирать упражнения и техники. Советую воздержаться от экспериментов со здоровьем и вовремя обращаться к врачам.

Дыхательная гимнастика Стрельниковой: упражнения, эффективность, отзывы

Академик Иоффе — Владимир Визгин — Наше все — Эхо Москвы, 11.11.2007

Е.КИСЕЛЕВ: Я приветствую всех, кто в эту минуту слушает радио «Эхо Москвы». Это действительно программа «Наше все» и я, ее ведущий – Евгений Киселев. Я напоминаю, что наша программа – это проект, который продолжается уже много месяцев. Мы пишем историю нашей страны в 20-м веке по алфавиту от А до Я в портретах выдающихся деятелей политики, науки, литературы, искусства, культуры. И сейчас мы дошли до буквы «И». напомню, что на каждую букву у нас три героя – одного вы выбираете во время специальной программы, которая периодически выходит под рубрикой «Наше все», одного выбираю я сам, ваш покорный слуга. И одного вы выбираете путем голосования в интернете на сайте «Эха Москвы». Так вот, голосованием на сайте «Эха Москвы» на букву «И» или, если угодно, на «Й», был в качестве героя нашей очередной программы избран выдающийся российский, советский физик – Абрам Федорович Иоффе. И о нем сегодня наша программа. Как всегда, в начале передачи – портрет героя.

ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ ЭПОХИ

Благодаря песне Высоцкого, миллионы советских людей, никогда не знавшие ничего о физике, об истории науке вообще, с детства навсегда запомнили имя главного академика нашей страны – Иоффе. За глаза его взяли «папа Иоффе». Родившийся в 1880 году Абрам Федорович Иоффе был действительно даже по возрасту отцом для целой плеяды блестящих ученых из стен основанного им питерского Физико-политехнического института. Академики Игорь Курчатов, Николай Семенов, Юлий Харитон, Петр Капица, Леонид Арцимович, Анатолий Александров – краса и гордость мировой отечественной науки – все как один ученики «папы Иоффе». В самом начале 20-го века был учеником великого немецкого физика Вильгельма Рентгена, работал у него ассистентом в Мюнхенском университете. Рентген даже уговаривал Иоффе навсегда остаться в Германии, но Иоффе вернулся в Россию и даже остался там после Октябрьского переворота, когда множество ученых, конструкторов, просто образованных людей бежали за границу от голода, холода и красного террора. Большевики, беспощадно притеснявшие, изгонявшие и просто уничтожавшие интеллигенцию, труднообъяснимым образом делали исключение для физиков, которые с самых первых лет советской власти были обласканы, окружены вниманием и заботой. Впрочем, вероятно, среди лидеров большевиков было некоторое количество технически образованных людей вроде Красина или Кржижановского, которые уже тогда понимали значение развития физической науки для сугубо практических целей обороны и развития промышленности страны. Именно поэтому, вероятно, в отличие от историков, литераторов или религиозных философов, физиков не ссылали целыми пароходами за границу или на Соловки. Уже в начале 20-х Иоффе получил задание отправиться за границу для закупки необходимых для физической науки материалов, лабораторного оборудования, дорогостоящей аппаратуры. Ему было позволено общаться с иностранными коллегами. Более того – приглашать их для работы в СССР. Поразительно, но в Ленинграде в 20-30-е годы прошлого века подолгу гостили и работали у Иоффе в ФТИ многие западные ученые-физики, которые позже, во время Второй мировой войны, активно участвовали в двух проектах создания атомной бомбы – в успешном американском и зашедшем в тупик немецком. Иоффе был лично знаком и даже дружен с величайшими учеными-физиками своего времени – Резерфордом, Бором, Марией Кюри, Шредингером. Когда в жизни одного из любимых учеников Иоффе – Петра Капицы – случилась трагедия, он потерял сразу жену и ребенка и находился в состоянии жестокой депрессии, на грани самоубийства, Абрам Федорович сделал все, чтобы спасти его, резко изменив его жизнь. Иоффе настоял, чтобы Петра Леонидовича надолго командировали за границу – в Англию, в Кембридж, где Капица потом много лет проработал в знаменитой Кавендишской лаборатории Резерфорда. Другого своего ученика, Игоря Курчатова, Иоффе рекомендовал Сталину в качестве научного руководителя советского атомного проекта. Добрая половина людей, которые в 40-е годы трудились над созданием отечественного ядерного оружия, были выходцами из питерской школы Иоффе. Сам Иоффе, вопреки расхожим обывательским представлениям, никакого участия в работах по атомной водородной бомбе не принимал. Строго говоря, он даже не был ядерным физиком – всю жизнь занимался полупроводниками. Но без него советский урановый проект просто не состоялся бы. Физика как масштабная научная индустрия была создана прежде всего усилиями главного академика – Иоффе.

Е.КИСЕЛЕВ: Это был портрет академии Абрама Федоровича Иоффе. А сейчас я хочу представить вам моих сегодняшних гостей. Сегодня у нас в студии заведующий сектором истории физики и механики института истории естествознания и техники, этот институт носит имя покойного Сергея Ивановича Вавилова, в прошлом президент Академии наук и крупнейшего нашего физика, доктор физико-математических наук — Владимир Павлович Визгин. И второй мой сегодняшний гость – это Алексей Юрьевич Семенов, который заведует лабораторией института физико-химической биологии им. Белозерского МГУ, доктор биологических наук. И кроме того, он является внуком сразу двух выдающихся ученых нашей страны – Нобелевского лауреата, академика Николая Николаевича Семенова и одного из «отцов» нашей атомной программы, программы создания атомного, а затем и водородного оружия – академика Юлия Борисович Харитона. Я вас всех приветствую. Спасибо, Владимир Павлович, спасибо, Алексей Юрьевич, что согласились принять участие в нашей программе. У Алексея Юрьевича, в частности, насколько я понимаю, есть… ну, если угодно, детские воспоминания или, скажем так, воспоминания родителей, дедов о том, что за человек был академик Иоффе. Вот давайте с вас начнем, Владимир Павлович. Вот расскажите, пожалуйста, почему так случилось, что пять Нобелевских лауреатов – не только Семенов, но и другие наши выдающиеся физики, все вышли, что называется, «из шинели» «папы Иоффе»?

В.ВИЗГИН: Во-первых, все-таки не пять, наверное, а наверное, все-таки четыре. Я думаю.

Е.КИСЕЛЕВ: Да?

В.ВИЗГИН: Да. И кроме того, из ФИАНа и из школы Мандельштама…

Е.КИСЕЛЕВ: У меня записано пять – Семенов, Капица, Ландау, Тамм, Алферов.

В.ВИЗГИН: Это ошибка. Тамм – конечно, никогда в Физтехе не работал и из школы Иоффе не выходил. Это, наверное, не точность некоторая.

Е.КИСЕЛЕВ: А Семенов, Ландау, Капица, Алферов – принимается?

В.ВИЗГИН: Это абсолютно принимается, безусловно. Конечно, Алферов тоже. Да, действительно, две большие школы породили замечательных физиков нобелевского уровня, реально получивших Нобелевские премии – школы Абрама Федоровича Иоффе и школы Леонида Исааковича Мандельштама. И вообще, из ФИАНа там, скажем… со школой Мандельштама так или иначе и Тамм, и там же была школа Сергея Ивановича Вавилова тоже. Так что это на стыке двух школ, может быть. Ну вот Черенков – ученик Вавилова. Ну хорошо. Конечно, безусловно, Физтех – это колыбель советской физики, если уж говорить. Безусловно, все нобелевские лауреаты, включая Ландау, который не всегда считал себя учеником Иоффе, у него были даже, я б сказал, некие конфликты с Абрамом Федоровичем, тем не менее, действительно, работал в Физтехе и в каком-то смысле тоже ученик. Хотя что касается Семенова, Капицы и даже Алферова, это действительно в полной мере, можно сказать… ну, Алферов – в каком-то там третьем поколении, конечно, но он связывается себя, безусловно, со школой Иоффе. Почему? Ну, я думаю, что прежде всего это заслуга самого Иоффе в значительной степени. Он сумел создать мощную научную школу. Он сумел создать замечательный институт. И вот поэтому. Всего вообще таких школ-прародительниц было в 20-30-е годы три, ну, три-четыре, может быть, все-таки. Вавиловская школа – это 30-е годы. И думаю, что половина, где-то я сейчас на память говорю – в 40-м году подсчитывали число физиков-академиков и член-корреспондентов Академии наук – так примерно половина из них… не помню сейчас, сколько их было – 40 или 50, половина из них точно была из школы Иоффе. Если не больше. Вот. Ну и, опять же, если мы возьмем ту команду, которая реализовала атомный проект и сделал ядерное оружие, прежде всего, атомную бомбу, то это, конечно, почти на 100% люди из школы Иоффе. И Иоффе предложил Курчатова в качестве руководителя программы, Курчатов привлек людей из Физтеха, прежде всего. Это такие замечательные физики – просто перечислять, что они сделали и как они участвовали в атомном проекте, довольно трудно. Это Арцимович, Алиханов, Кикоин. Безусловно, Харитон, Семенов. Все равно Семенов внес в атомный проект – может, вы скажете, если об этом более подробно будет речь… Ну список достаточно длинный, можно его продолжать и дальше. Александров Анатолий Петрович. Кого вы назвали еще?

А.СЕМЕНОВ: Зельдович.

В.ВИЗГИН: Безусловно. Яков Борисович Зельдович. То есть кого вы ни возьмете, главные фигуры в атомном проекте, безусловно, все из школы Иоффе. Курчатовская команда вся. Только позже уже пришли люди из ФИАНа, когда возникла задача создания термоядерного оружия. ФИАН внес тоже свой вклад, весьма значительный, конечно. Сахаров, Тамм Игорь Евгеньевич.

Е.КИСЕЛЕВ: Это уже не школа Иоффе.

В.ВИЗГИН: Это уже другое. Это люди, которые скорее примыкают к школе Мандельштама, тоже совершенно замечательного физика, и школа эта московская.

Е.КИСЕЛЕВ: А вот скажите, пожалуйста, у людей, которые знают историю науки и, в частности, историю создания советского атомного оружия, скажем, по популярным книгам и фильмам, — вот был, например, такой фильм – «Выбор цели», где Курчатова играл покойный Сергей Бондарчук… помните, да? и там одна из первых сцен, когда, по-моему, осенью 42-го года в Кунцево на даче у Сталина собираются столпы советской науки, в том числе Вернадский и Иоффе, и обсуждают, насколько реально вообще создание оружия, которое использовало бы разрушительную силу неуправляемой цепной реакции. Ну вот, так как бы возникает такое ощущение, что академик Иоффе там представлен в этой сцене как некий ретроград, если угодно, скептик, который ну не верит в то, что эту задачу возможно осуществить в те краткие сроки, кратчайшие сроки, которые ставит перед учеными партия и правительство. Это соответствует действительности?

В.ВИЗГИН: Вы знаете, это вопрос сложный, конечно. Но думаю, что все-таки нет.

Е.КИСЕЛЕВ: Все-таки нет?

В.ВИЗГИН: Все-таки нет. Тем более, что если взять предыстория довоенную, предвоенную, то Иоффе – один из тех, кто понял, во-первых, фундаментальное значение ядерной физики и то, что она найдет применение в энергетике управляемой и неуправляемой, условно говоря. Но такое мнение было. Такое мнение иногда высказывалось, причем некими конкретными людьми, которые, скажем, мне кажется, неправильно понимали роль Иоффе в этом деле. Ну, я не говорю, что осенью 42-го года такое совещание в Кунцево едва ли было, это как-то документально, насколько я знаю, никак не подтверждается. Курчатов, насколько я знаю, впервые со Сталиным встретился, например, это уже 46-й год. Встречался ли Иоффе со Сталиным прямо… я знаю, что Иоффе встречался с Кафтановым. Кафтанов был тогда министром… кто он тогда был?

А.СЕМЕНОВ: Типа министра образования и науки.

Е.КИСЕЛЕВ: Председатель всесоюзного комитета по высшей школе, который одновременно был уполномоченным государственного комитету обороны по делам науки.

В.ВИЗГИН: Совершенно верно. Конечно, не прямо со Сталиным, но обсуждения были в 42-м году довольно значительные, и в 42-м году было принято решение, подписанное лично Сталиным, даже теперь все атомщики отмечают праздник 28 сентября, когда Сталин подписал решение об атомном проекте. Сейчас это документировано, такой документ опубликован. Но после этого встал вопрос – было еще неясно, кто же будет руководить программой. И вот естественно, обратились к Иоффе, например. Не только, наверное, к Иоффе. Наверное, еще кто-то в этом принимал участие. И предлагали как будто бы через Кафтанова эту должность… ну, не должность, вот эту миссию, если угодно, вообще самому Иоффе. Но Иоффе не ядерщик. Он никогда не претендовал на то, что он специалист в области ядерной физики.

А.СЕМЕНОВ: И кроме того, он сказал, по-моему, что возраст ему не позволяет.

В.ВИЗГИН: Да, конечно. Сколько ему было в это время?

Е.КИСЕЛЕВ: Ему было 62 года.

В.ВИЗГИН: да, многовато. По тем временам, это многовато. Он потом был действительно… Иоффе очень высоко ценил Курчатова, у него уже был приличный опыт – он занимался нейтронными исследованиями.

Е.КИСЕЛЕВ: Многовато не многовато, а в результате Курчатова он пережил.

А.СЕМЕНОВ: Не намного, кстати.

Е.КИСЕЛЕВ: На несколько месяцев.

В.ВИЗГИН: Да. Но Курчатов все-таки, я думаю, получал большие дозы. Были такие случаи. Когда налаживали все эти реакторы промышленные и прочие, Курчатов там принимал участие.

Е.КИСЕЛЕВ: Но тем не менее, есть версия, что было специальное заседание ГКО, то есть Госкомитета обороны, по указанию Сталина были приглашены Иоффе, ваш дед – Николай Николаевич Семенов, а также академик Хлопин, который был главным специалистом по радиохимии, был Капица…

В.ВИЗГИН: В 42-м году?

Е.КИСЕЛЕВ: Да. Был Курчатов. И Сталин как раз поставил на этом заседании вопрос о том, чтобы Иоффе возглавил программу…

В.ВИЗГИН: такого документа я не видел.

Е.КИСЕЛЕВ: А Иоффе якобы ответил, что снимает свою кандидатуру и просит Сталина утвердить кандидатуру Курчатова. Апокриф?

В.ВИЗГИН: Я думаю, что это апокриф, потому что… или, может, найдется документ…

Е.КИСЕЛЕВ: Якобы Сталин еще сказал «А я такого академика не знаю», на что Иоффе сказал «Вы знаете, Курчатов пока еще не академик». Тогда Сталин сказал «Ну хорошо, мы его назначим, но надо, чтобы тогда вы его академиком выбрали». И действительно – он вскоре был избран академиком. Потому что, если не ошибаюсь, у Игоря Васильевича были некоторые проблемы с избранием в члены Академии.

А.СЕМЕНОВ: Вначале Алиханов был назначен. Пришлось дать дополнительное место академическое.

Е.КИСЕЛЕВ: Ну да, там же шла борьба – там была некая интрига. Алиханов тоже хотел быть главным.

В.ВИЗГИН: Да, он тоже обсуждался.

Е.КИСЕЛЕВ: Не в обиду вам будет сказано, во всяком случае, если верить некоторым публикациям, и Николай Николаевич Семенов тоже видел себя во главе этого проекта.

А.СЕМЕНОВ: Думаю, что это вряд ли.

Е.КИСЕЛЕВ: Да?

В.ВИЗГИН: Но все-таки Николай Николаевич ядерной физикой прямо не занимался. Это была химфизика, и все-таки он был классик цепной реакции, что называется…

Е.КИСЕЛЕВ: Ну да, именно поэтому.

В.ВИЗГИН: Но это все-таки другая сфера. Так же, как, конечно, и Иоффе понимал что-то. Но все-таки в центре этих исследований был Курчатов. Вы знаете, мне кажется, те документы, которые сейчас публикуются, начиная с середины 90-х годов начали, такого документа я не видел, чтоб было такое заседание. О некая фактура соответствует тому, что действительно, конечно, наверное, предлагалось Иоффе прямо или косвенно – насколько я знаю, Иоффе тоже не встречался со Сталиным. Никаких упоминаний вот в этот период я не знаю. Вот. А то, что ему, возможно, предлагалось, что обсуждался Алиханов, что академические проблемы были у Курчатова, это все так. Но возможно, это все было на уровне… письменные документы какие-то есть о том, что принято решение, предложение, записка. Вот такие вот документы, предшествующие сталинскому решению о начале атомной программы, это было.

А.СЕМЕНОВ: Евгений Алексеевич, если позволите, я немножко добавлю к ответу Владимира Павловича на ваш вопрос. О том, верил или не верил Абрам Федорович в практическое применение ядерной физики. Я хотел бы сказать такую вещь. Что, скажем, Эрнест Резерфорд, который был, по-видимому, более крупной фигурой, несомненно, более крупной…

В.ВИЗГИН: Он просто отец ядерной физики, конечно.

А.СЕМЕНОВ: …фигурой, чем Абрам Федорович Иоффе, но он, скажем, не верил в сколько-нибудь скорое реальное применение атомной энергии, скажем так. В общем смысле этого слова. Он считал это чисто фундаментальной наукой. А Абрам Федорович Иоффе в это верил.

В.ВИЗГИН: Причем до открытия деления.

А.СЕМЕНОВ: Да, он верил в это существенно раньше. Это говорит о том, что у него была, по-видимому, очень большая интуиция на выбор правильных направлений, и кроме того – он создал, я сейчас не помню, в каком именно году – может, в 35-м или в 36-м, вы, наверное, знаете это лучше, — он создал отдел ядерной физики…

В.ВИЗГИН: Еще раньше – в 33-м году.

А.СЕМЕНОВ: В Физико-техническом институте. И для начала, хотя он не был специалистом в ядерной физике, он сам возглавил этот отдел…

В.ВИЗГИН: Может, даже в 32-м, сразу после открытия.

А.СЕМЕНОВ: …для того, чтобы как-то придать ему большее значение. И привлек к этой работе, в первую очередь, Курчатова, с тем, чтобы затем Курчатов возглавил этот отдел. Так что я думаю, что он, безусловно, верил в это дело. И вряд ли соответствует действительности, что он выражал скепсис по этому поводу.

Е.КИСЕЛЕВ: Я напомню, что у меня сегодня в гостях в студии программы «Наше все» — ученые, в том числе историк науки, зав. сектором истории физики и механики института истории естествознания и техники им. С. Вавилова РАН – Владимир Павлович Визгин, и доктор биологических наук, зав. лабораторией института физико-химической биологии им. Белозерского МГУ — Алексей Юрьевич Семенов, который к тому же является внуком великих наших академиков – Семенова, с одной стороны, и Харитона Юлия Борисовича, с другой. Мы сейчас прервемся для новостей середины часа и затем продолжим разговор, который мы сегодня ведем об академике Абраме Федоровиче Иоффе – основоположнике российской ядерной физики.

НОВОСТИ

Е.КИСЕЛЕВ: Мы продолжаем программу «Наше все». Сегодня наш выпуск посвящен академику Абраму Федоровичу Иоффе. У меня в гостях сегодня — доктор биологических наук, зав. лабораторией института физико-химической биологии им. Белозерского МГУ — Алексей Юрьевич Семенов и историк науки, зав. сектором истории физики и механики института истории естествознания и техники им. С. Вавилова РАН – Владимир Павлович Визгин. Вот мне все-таки хотелось бы попросит вас, Алексей Юрьевич, поделиться какими-то семейными воспоминаниями. Вам приходилось слышать от ваших родителей, от ваших дедов что-то, какие-то истории об Абраме Федоровиче Иоффе. Есть ведь наверняка какая-нибудь мифология такая вот. Может, отчасти апокрифическая, но вот что он был за человек?

А.СЕМЕНОВ: Знаете, таких историй, которые не были бы опубликованы в многочисленных книгах, пожалуй, довольно мало. Но все-таки одну историю я кратко расскажу, которая в свое время произвела на меня впечатление. Абрам Федорович был приглашен в гости в дом к Николаю Николаевичу Семенову по какому-то случаю – то ли день рождения… скорее всего, был чей-то день рождения. Собралось довольно много гостей – физиков, химиков. Может, человек 20 или 30. И все ждали угощения, все приглашенные сели за стол, а Абрам Федорович, которому было уже под 80, это был конец 50-х годов, почему-то стоял возле своего места. Все уже сели, а старик стоял, и никто не мог понять, в чем дело. Думали, что, может, он не понял. И никто не решился что-то сказать ему по этому поводу. И вдруг, когда вошла хозяйка дома и села, он тоже сел. Тут все поняли, что его воспитание не позволяло ему садиться за стол прежде хозяйки дома.

Е.КИСЕЛЕВ: Ну а какие истории… пусть они написаны в книгах, но смею вас уверить, что большинство наших радиослушателей все-таки наверное не читали или, скажем так, давно не перечитывали специальную литературу по истории физики.

А.СЕМЕНОВ: Вы знаете, вот когда я пытался освежить в памяти и посмотрел разные воспоминания о Иоффе, то я обратил внимание, пожалуй, на несколько моментов. Один существенный момент – это то, что он был, считал себя учеником Рентгена, великого физика Рентгена, который первым получил Нобелевскую премию по физике…

В. ВИЗГИН: Он и был его фактически учеником.

А.СЕМЕНОВ: Да, он был его учеником, и не просто учеником – он провел 4 года а Мюнхене в лаборатории Рентгена. Притом у него было денег только на полгода пребывания в Германии, но Рентген довольно быстро оценил уровень Иоффе как экспериментатора. В частности, рассказывается такая история, что ему было поручено провести некую проверку, некую серию экспериментов – я сейчас даже не помню и не буду вдаваться в детали – и получить какие-то экспериментальные точки. Одна из точек резко выпадала из всего остального массива…

Е.КИСЕЛЕВ: Да, это известная история, но вы рассказывайте. Я просто готовился к передаче – я прочитал с дюжину статей, и поэтому эта история тоже на меня произвела впечатление.

А.СЕМЕНОВ: И он это проверил несколько раз и сообщил о результатах Рентгену. В результате выяснилось, что была некая ошибка в таблице…

Е.КИСЕЛЕВ: Рентген начал перепроверять, у него получилось все то же самое.

А.СЕМЕНОВ: Совершенно верно. Оказалось, что была ошибка допущена в таблице логарифмов, в той литературе справочной, которой пользовались. И поскольку Иоффе был не первый, кто ставил такого рода опыты, то стало ясно, что другие люди не сообщили об этой ошибке. И только Иоффе об этом сообщил. Это произвело впечатление на Рентгена, и он предложил ему работать ассистентом, фактически своим помощником, и Иоффе проработал там до 1906 года, и по некоторым сведениям, Рентген даже хотел оставить его там на постоянную позицию. Так что он был, видимо, действительно близким учеником.

В.ВИЗГИН: Конечно.

Е.КИСЕЛЕВ: Потом это немецкое прошлое вспоминали не самым хорошим образом Абраму Федоровичу, когда у него начались серьезные неприятности. Ведь это, можно сказать, драматическая, если не сказать трагическая история. Институт, который он создал, — Физико-технический институт у него по сути дела отобрали. Так?

В.ВИЗГИН: Вы имеете в виду 50-й год?

Е. КИСЕЛЕВ: Я имею в виду 50-й год, когда началась кампания по травле. В известном смысле это была часть кампании по борьбе с космополитами, кампании, по сути, антисемитской, которая тогда развернулась – в конце 40-х –начале 50— годов, и даже великого Иоффе она не миновала, несмотря на все его заслуги перед отечественной наукой. В итоге институт у него отобрали. Я правильно излагаю?

В.ВИЗГИН: В общем, да.

Е.КИСЕЛЕВ: А какова здесь была роль Вавилова? Потому что есть такая версия, что это Вавилов предложил Иоффе, вызвал его к себе, много часов с ним разговаривал и в итоге предложил ему написать заявление об уходе по собственному желанию.

В.ВИЗГИН: Ну, насколько я знаю, Вавилов по своей воле никогда бы такого решения не принял. Потому что отношение к Иоффе у него было самое благожелательное, безусловно. Вот. Ну, Вавилов был президентом Академии наук. Я даже… найден был еще один документ, что и Курчатов принял в этом деле участие. Вот два близких человека – Курчатов и Вавилов – никогда не смогли бы сделать что-то плохое в отношении Абрама Федоровича. Предполагалось, очевидно, что Иоффе может ждать что-то худшее, и чтобы прикрыть Иоффе, против которого, так я понимаю, намечалась некая кампания, уже не первый раз, между прочим. И возраст некоторый, может быть. Его обвиняли в том, что он в институте развалил семейственность, и так далее, всякие такие вещи.

Е.КИСЕЛЕВ: А в чем это выразилось – семейственность?

В.ВИЗГИН: Там, что бывало естественно и часто, физики иногда женятся на знакомых им физичках и работают в одной лаборатории или в соседней. И я припоминаю, что что-то подобное было…

А.СЕМЕНОВ: А в чем конкретно?

Е.КИСЕЛЕВ: Один воспоминатель пишет, что академик Иоффе был второй раз женат на молодой женщине, бывшей студентке…

В.ВИЗГИН: Нет, я не это имею в виду. Она не такая уж молодая женщина. Но он второй раз женился на… обе жены, по-моему… нет, вторая жена была физиком, насколько я припоминаю, в 28-м году или в 27-м. Он был старше, конечно… Но, во-первых, это не криминал вообще, а во-вторых, она не такая уж и молодая была.

Е.КИСЕЛЕВ: Но это сейчас не криминал, а тогда, знаете…

В.ВИЗГИН: Нет, он женился на ней в 28-м году. До 50-го года еще 22 года.

Е.КИСЕЛЕВ: Да, в 28-м году нравы были еще достаточно викторианские, во всяком случае по этой части.

В.ВИЗГИН: Вот тут, по-моему, все было полюбовно и никаких проблем не было. Насколько я знаю. Я особо не вникал в эту историю. А вот то, что в институте работали какие-то там, в его лаборатории, в лаборатории полупроводников, кажется, или, может, в институте в целом, были вот такие пары, которые, возможно… ну, я сейчас не берусь, это я говорю по памяти, а надо, конечно, проверять. Но это, на самом деле, все же дутые вещи были. Конечно, его увольняли не за это.

Е.КИСЕЛЕВ: А за что? Вот что было… понимаете, можно найти политические объяснения борьбе, которая была развернута в стране против т.н. космополитизма, а в реальной жизни это была борьба с евреями. Зачем нужно было бороться за то, чтобы изгнать из возглавляемого им института корифея физической науки и поставить вместо него человека с говорящей фамилией «Комар»? которого, кстати, по-моему, довольно быстро оттуда убрали.

В.ВИЗГИН: Ну, вскоре после того, как сталинистская эпоха закончилась, в 55-м, что ли, году, он сразу ушел после этого, конечно.

Е.КИСЕЛЕВ: А, но Иоффе институт не вернули?

В.ВИЗГИН: А Иоффе не захотел возвращаться.

Е.КИСЕЛЕВ: И не захотел возвращаться?

В.ВИЗГИН: Насколько я знаю, да. Были даже предложения – это надо проверять.

А.СЕМЕНОВ: Он создал другой институт.

В.ВИЗГИН: Да, сначала это была лаборатория полупроводников в Академии, они академическая. Потом было принято решение о том, что это будет институт.

Е.КИСЕЛЕВ: Но появление этой лаборатории – это, наверное, ответ отчасти на вопрос о том, какую роль играл Сергей Иванович Вавилов. То есть, видимо, он убедил Абрама Федоровича написать заявление об уходе, чтоб не подставлять, что называется, под репрессии, а с другой стороны, вскоре помог ему получить независимую лабораторию, которая затем превратилась в Институт полупроводников.

В.ВИЗГИН: Да. Но Вавилов, правда, умер в 51-м году. В дальнейшей судьбе он уже не участвовал, но поначалу они, видимо, старались, и Курчатов тоже – смягчить этот удар. Я только хочу добавить, что на Иоффе охота, как говориться, шла давно. И это было связано… были времена иногда вовсе не антисемитские – 30-е годы, скажем. Потому что Иоффе…

Е.КИСЕЛЕВ: Но он был чужой, да?

В.ВИЗГИН: Нет, дело…

Е.КИСЕЛЕВ: Вот человек, который встает и не садится, пока не вошла хозяйка дома и не села за стол, это, в общем, чужой человек-то.

В.ВИЗГИН: Смотря для кого чужой.

Е.КИСЕЛЕВ: Для представителей новой генерации людей.

В.ВИЗГИН: Да, он был опасен и в другом отношении для властей, потому что он вообще был убежденный человек на компромисс с властью, между прочим. Он считал, что надо создавать хорошую советскую физику – физику, технически эффективную, физику мирового уровня, это безусловно. Но вместе с тем он находился…

Е.КИСЕЛЕВ: Он даже в партию вступил на старости лет.

В.ВИЗГИН: В 40-м или в 42-м году. Перед или даже во время войны. Он находился…

Е.КИСЕЛЕВ: Товарища Сталина не обманешь этим, знаете… мне кажется, что Иосиф Виссарионович тонко чувствовал, кто является преданным до конца, до мозга костей большевиком, а кто является, так сказать, попутчиком.

В.ВИЗГИН: Он, правда, карал своих большевиков так же, как и попутчиков. Были люди как бы верные либо он видео их нутро, которое никак не проявлялось. Вот я в отношении Абрама Федоровича хочу вот что сказать. Его институт и вообще физика находилась в некоем смысле, как и многие другие науки, как бы между Сциллой и Харибдой или молотом и наковальней. С одной стороны, от физиков требуют быстрой технической эффективности. Физика – это основа социалистической техники. А с другой стороны, они должны были быть идеологически выдержанными. А физика в это время вышла почти, в некотором смысле, я б сказал, на философский уровень. То есть затрагивались, что называется, категории диалектического материализма.

Е.КИСЕЛЕВ: Ну да, шли споры, например, если мне память не изменяет, вы меня поправьте, я все-таки не специалист, но если я не ошибаюсь, шли споры о том, является ли теория относительности Эйнштейна универсальной или она применима только в каких-то очень узких отраслях физической науки.

В.ВИЗГИН: И об этом. Но главным образом, теорию относительности обвиняли в том, что она порождение буржуазной науки и очень тесно связана с идеализмом.

Е.КИСЕЛЕВ: Там даже некоторые предлагали вернуться к классической физике времен Максвелла и Фарадея…

В.ВИЗГИН: Совершенно верно. Еще дальше – и даже Ньютона, механицисты.

Е.КИСЕЛЕВ: И что все позднейшие наслоения – это, что называется, от лукавого.

В.ВИЗГИН: Да-да. Так вот, физика все время находилась в 30-е годы, в эпоху зрелого сталинизма, что называется, в этом промежутке, между молотом и наковальней: нужно было доказывать, что вы технически полезны, и объяснить это власти, и с другой стороны – что вы философски вполне добропорядочны. Это было не так легко. Надо сказать, многие физики понимали, что можно прекрасно жить с диаматом, но есть некоторая черта, дальше которой нельзя отступать. Нельзя предавать теорию относительности и квантовую механику, например. То есть есть вещи, которые мы принимаем, — говорил Иоффе, — я сам с молодых лет имею социалистические или социал-демократические убеждения… Это действительно в какой-то степени так. И действительно, он считал материализмом…

А.СЕМЕНОВ: Еще со студенческих времен.

В.ВИЗГИН: Да, со студенческих времен, совершенно верно.

А.СЕМЕНОВ: С 1905 года.

В.ВИЗГИН: Да, но когда тебя все равно обвиняют в каком-то идеализме, раз ты поддерживаешь теорию относительности, вот тут уже отступлений не было. Вот те, кто отступал, те предавали науку.

Е.КИСЕЛЕВ: А вот что это была за среда, Алексей Юрьевич? Попробуйте мне рассказать. Мне и нашим слушателям. Вроде бы, с одной стороны, там были люди, готовые на компромисс, готовые на то, чтобы сотрудничать с советской властью. С другой стороны, есть ощущение, что все эти академики, которые на «ты» были, как вы сказали – вот мы тут обменивались какими-то впечатлениями накануне начала нашей программы, и вот вы говорили, что ваш покойный дед, Юлий Борисович Харитон, только буквально с двумя-тремя старыми друзьями молодости и с домашними был на «ты», а со всеми остальными на «вы». И очень трудно поверить, что эти все великие ученые, Нобелевские, не Нобелевские лауреаты, не понимали цену тем самым коммунистическим советским вождям, которые ими руководили, ими и страной. Была ли там атмосфера инакомыслия или там была какая-то странная смесь конформизма и диссидентства?

А.СЕМЕНОВ: Это очень сложный вопрос. Я думаю, что среда была крайне неоднородная, несомненно. Это вопрос, который занимает многих людей, и меня. Я могу привести вам такой пример, что я однажды задал вопрос нескольким людям – своей бабушке, своему деду, каким-то еще близким людям, которые в 30-е годы были уже зрелыми достаточно людьми, им было по 30-40 лет, — как они воспринимали то, что происходит вокруг них. Ну, например, я задал вопрос такой: скажите, вот арестовывали каких-то соседей по лестничной клетке, сотрудников Физтеха, сотрудников Института химической физики в Ленинграде – неужели вы верили в то, что эти люди в самом деле враги народа и шпионы? Мне отвечали так: конечно, нет, даже мысли такой представить себе не могли. А что же вы думали? – спрашиваю я. «Мы считали, что это какая-то страшная ошибка». Вот такой ответ. Значит, как относились к власти? к власти относились все по-разному. Но понятно, что любой интеллигент относится к власти, скажем так, скептически. Он настроен, как правило, на то… Ну, само понятие предполагает некую оппозицию или некий скепсис в отношении к власти. Так что это, безусловно, было, и, наверное, не принималось. Но то, что касается создания ядерного оружия, то тут, насколько мне известно, подавляющее большинство людей, включая и Андрея Дмитриевича Сахарова, считали, что это необходимая вещь. То есть вот мы сейчас со свое колокольни можем, допустим, поставить вопрос так: как эти люди, среди которых были принципиальные и порядочные люди, замечательные, разные люди, — как они могли создавать, скажем, оружие, которым мог воспользоваться такой страшный человек, скажем, как Сталин и его приспешники? Ответ был такой: они были убеждены в том, что это необходимо. Постольку поскольку американцы первыми создали и применили ядерное оружие при бомбежке Хиросимы и Нагасаки, и кроме того, считали, что монополия на владение оружием опасна, и считали, и многие считают и до сих пор, что то, что не происходило глобальных войн после окончания Второй мировой войны, это связано с созданием паритета.

Е.КИСЕЛЕВ: Да, это понятно. И плюс, наверное, все-таки был фактор научного азарта.

А.СЕМЕНОВ: Конечно.

Е.КИСЕЛЕВ: Поставленную задачу надо решить. Чего же мы стоим, если мы этого не можем сделать. В этом смысл, как мне кажется, жизни любого творческого человека. И порой, мне кажется, большинство творческих людей склонны забывать о высоких материях. Вот когда он решает конкретную, профессиональную, творческую задачу, он не всегда думает о том, а как затем посторонние люди воспользуются плодами его труда.

А.СЕМЕНОВ: Я думаю, что многие из руководителей об этом думали.

Е.КИСЕЛЕВ: Я не говорю, что этого не было. Но мне кажется, человек задумывается об этом время от времени, но эта мысль далеко не каждого гложет.

В.ВИЗГИН: Но после Хиросимы, когда масштаб вообще ужаса, который был, люди, конечно, думали. И тем не менее, после этого еще не только сделали атомную бомбу, но и стали делать почти в тысячу раз более мощные бомбы – мегатонные.

Е.КИСЕЛЕВ: Но я говорил про другое.

В.ВИЗГИН: Нет, вы правы – что научный азарт имел место, безусловно. Во-первых, американцы сделали, а что, мы хуже?

Е.КИСЕЛЕВ: А с водородным оружием мы просто переплюнули их.

В.ВИЗГИН: В каком-то смысле да. Тут трудно сравнить вообще. Но по крайней мере, реальную бомбу первыми испытали. Это да.

Е.КИСЕЛЕВ: Но я говорил о другом. Вот смотрите, Сахаров стал затем одним из лидеров правозащитного движения, одним из диссидентов, инакомыслящим, борцом за реформирование советской коммунистической системы. Из этой же среды вышел твердокаменны большевик Жорес Алферов, который сейчас на выборах идет в первой тройке Коммунистической партии…

В.ВИЗГИН: А он не член партии, кажется.

Е.КИСЕЛЕВ: Ну, вы знаете, не обязательно быть членом партии для того, чтобы быть убежденным коммунистом и твердокаменным большевиком. Согласитесь. Да?

В.ВИЗГИН: Да.

Е.КИСЕЛЕВ: При этом сколько было попыток исключить Андрея Сахарова из Академии наук, да? и письма подписывали некоторые члены академии, но когда дело доходило до голосования, все это, насколько я знаю, заканчивалось полным провалом.

А.СЕМЕНОВ: Собственно, даже на голосование этот вопрос не ставился. Насколько я знаю, Анатолий Петрович Александров, который был достаточно сложной фигурой, но тем не менее в нем было много положительных качеств, особенно… и он, как я знаю определенно, он просто отказывался ставить вопрос на голосование о том, чтобы Сахарова исключили из членов Академии. Мне кажется, не доходило даже до этого.

В.ВИЗГИН: По-моему, тоже, да. Были какие-то…

Е.КИСЕЛЕВ: Ну, во всяком случае, были попытки вынести этот вопрос на обсуждение, может, президиума Академии. Во всяком случае, такого рода начинания вязли. То есть в некотором смысле среда, при всей ее возможной склонности к конформизму, соглашательству, к тому, что все-таки выдающиеся ученые в советские времена жили, что называется, у Христа за пазухой, согласитесь…

В.ВИЗГИН: Ну, смотря в какое время. Не во все советские времена. Скажем, до войны они жили…

Е.КИСЕЛЕВ: Ой, нет-нет, я говорю о 50-70-х годах, когда появились многочисленные блага.

В.ВИЗГИН: Это да.

Е.КИСЕЛЕВ: Когда появились дачные поселки для выдающихся ученых и академиков, и прочее и прочее. Когда появилась возможность зарубежных командировок, поездок…

В.ВИЗГИН: Тоже были всегда довольно сильные ограничения. Всегда долго за счет зарубежных поездок…

А.СЕМЕНОВ: Да, зарубежные поездки были очень ограниченные.

Е.КИСЕЛЕВ: Но для некоторых товарищей, безусловно, да. Для тех, кто продолжал активно заниматься…

В.ВИЗГИН: Даже не активно…

Е.КИСЕЛЕВ: Юлий Борисович ездил за границу?

А.СЕМЕНОВ: В 20-е годы.

Е.КИСЕЛЕВ: Только в 20-е?

А.СЕМЕНОВ: И в начале 60-х годов он ездил в Чехословакию, в Прагу, и в 90-е годы была поездка в США.

Е.КИСЕЛЕВ: И все, да?

А.СЕМЕНОВ: И все.

Е.КИСЕЛЕВ: А академик Семенов, другой ваш дед?

А.СЕМЕНОВ: Он ездил. Достаточно часто.

Е.КИСЕЛЕВ: Но он, наверное, ездил просто потому, что был значительно дальше от работ по созданию и совершенствованию советского ядерного оружия?

А.СЕМЕНОВ: Конечно. Но вы знаете, по поводу поездок ученых за границу я бы сказал так6 что во времена советской власти, при Хрущеве и при Брежневе, скажем, ездили, как правило, ученые члены партии или же уже профессора, академики в возрасте. Для не членов партии, для обычного научного сотрудника, старшего научного сотрудника такая поездка была крайне проблематична. Могли ездить, скажем, в страны народной демократии по частному приглашению. Не более того.

Е.КИСЕЛЕВ: Покойный отец мой много ездил. Он не был ученым, что называется, высшего порядка, то есть был зам директора института, руководитель лаборатории, таких было много, ученых такого уровня. Но я помню, что он много ездил. Почти каждый год, и в капиталистические страны в том числе.

А.СЕМЕНОВ: Он член партии?

Е.КИСЕЛЕВ: Он был член партии, да, это правда. Он был членом партии, наверное, года с 52-54-го, вступил в партию незадолго до смерти Сталина или сразу после нее. То есть это правда, да.

В.ВИЗГИН: Поездки были. Тот же, например, Алферов стажировался в Штатах в каком году? У Халаньяка провел какое-то время, это были брежневские времена, я думаю, даже не хрущевские. Нет, были. У меня приятель тоже, химик, кстати говоря, Борис Поповкин, тоже бывал, проходил, полгода работал там.

Е.КИСЕЛЕВ: Ну что ж, я должен сказать, что наше время потихонечку подходит к концу. Мы говорили сегодня не только об академике Иоффе, но и вообще о том, что такое была вот эта советская научная элита, о том, какие нравы были в среде ведущих советских ученых, какие тяжелые моменты пришлось переживать, в том числе и Абраму Федоровичу Иофе, которого… безусловно, по политическим соображениям, лишили, изгнали фактически из того замечательного ленинградского Физико-технического института, который он создал и откуда вышли многочисленные выдающиеся физики, академики…

В.ВИЗГИН: Который носит его имя.

Е.КИСЕЛЕВ: …лауреаты Нобелевской премии, институт, который носит его имя. И в этом разговоре у нас принимали участие Владимир Павлович Визгин — доктор физико-математических наук, зав. сектором истории физики и механики института истории естествознания и техники им. С. Вавилова РАН, и как я уже шутил сегодня, дважды внук выдающихся академиков – академика Харитона и академика Семенова, — Алексей Юрьевич Семенов, сам доктор биологических наук, зав. лабораторией института физико-химической биологии им. Белозерского МГУ. Я благодарю вас за участие в нашей программе. Спасибо вам большое. И до следующих встреч в эфире.

симптомы, причины, диагностика, лечение и профилактика

Гидронефроз – это заболевание, во время которого активно прогрессирует расширение чашечно-лоханочного комплекса. Из-за такого прогрессирования в дальнейшем может начаться атрофия почечной паренхимы. Такое последствие развивается из-за того, что нарушается стабильная работа оттока мочи из почки. Зачастую он дает о себе знать, вызывая сильные боли в области поясницы или болезненным мочеиспусканием. При гидронефрозе может начаться и такая патология, как артериальная гипертензия, что может привести к дальнейшим негативным последствиям.

При первых же болях во время мочеиспускания лучше всего обратиться в больницу к профессиональному врачу, чтобы болезнь не оказалась запущенной. Если в целом рассматривать диагностику гидронефроза, то зачастую это УЗИ, с помощью которого проверяется работа мочевого пузыря и функционирование почек человека. Вылечить гидронефроз реально, но и для этого есть свой специальный метод – нефростомия, о котором более подробно будет рассказано позже.

Вообще под гидронефрозом имеется ввиду изменение почки, которое возникает из-за того, что нарушается физиологический пассаж мочи. В итоге из-за таких серьезных нарушений возникает такая болезнь, как гидронефроз. Полости почек начинают быстро патологически расширяться, изменениям подлежит и почечная ткань.

Стоит отметить, что от возникновения такого заболевания зачастую по большей части страдают женщины. В основном заболевание возникает уже у взрослых людей в возрасте от двадцати до шестидесяти лет. Уже после шестидесяти болезнь может начать развиваться у взрослого мужчины из-за простаты или рака предстательной железы. Что касается женщин, то они страдают от гидронефроза в период беременности или из-за развития онкологического гинекологического заболевания.

В наши дни лечить гидронефроз почек более чем реально, особенно если использовать современные методы лечения, но для этого нужно обратиться в специализированную клинику. Пользуясь домашними способами лечения гидронефроза почек, можно только усугубить всю ситуацию. Дело в том, что гидронефроз имеет множество стадий и большое количество симптомов, выявить которые может только диагностика.

Современная классификация гидронефроза

В целом гидронефроз разделяется на:

В первом случае это врожденная болезнь, которая передается человеку генетическим путем, во втором – приобретенная – это уже динамический способ.

По тяжести течения заболевания существует такая классификация гидронефроза:

  • легкий;

  • умеренный;

  • тяжелый.

Если говорить о локализации болезни, то бывает:

Здесь важно отметить, что врачи, работающие в области урологии, довольно часто отмечают, что и у женщин, и у мужчин встречается гидронефроз как левой, так и правой почек, а в некоторых случаях встречается одновременно двухстороннее изменение почек человека.

Гидронефроз может протекать как в острой форме, так и в хронической. Острую форму довольно просто и быстро вылечить, используя современную методику. Если же форма болезни хроническая, то почки могут навсегда перестать функционировать даже при самом лучшем лечении. Развиваться заболевание может инфицировано или асептически.

Гидронефроз может вызывать некоторые осложнения, если закрывать глаза на то, что человек страдает от подобных болезней, связанных с мочевым пузырем. Из-за хронического гидронефроза во многих случаях первое, что может начать развиваться мочекаменная болезнь и пиелонефрит. Эти заболевания еще более неблагоприятно влияют на работу почки.

Из-за гидронефроза может начать проявляться почечная недостаточность, особенно, если страдают от болезни обе почки, то это может привести к смерти. В любой момент из-за нарушенного водного баланса или интоксикации продуктами больная почка или обе почки могут отказать. Жизни больного одним из таких заболеваний, связанных с проблемами мочевого пузыря человека, оборвать может и разрыв мешка внутри организма. Тогда моча может вылиться в забрюшинное пространство и нанести критический вред всему организму человека.

Понять, что у человека развивается гидронефроз и предупредить патологию, может специальная наука урология и УЗИ. Профессиональный врач всегда сможет спрогнозировать, в полном ли порядке работа почек человека или что ему грозит, поэтому лучше всего периодически проверяться в медицинском центре. Эффективно лечить болезнь мочевого пузыря реально, если не браться за дело тогда, когда будет уже поздно и оказать первую помощь.

Симптомы, признаки гидронефроза

Как принято считать, проявляется гидронефроз у человека различными симптомами, поскольку это зависит от локализации гидронефроза и того, как быстро развивается болезнь, связанная с мочевым пузырем. Тяжесть протекания болезни и проявление симптомов связано с тем, как долго длится заболевание почки. Степень расширения почки активно влияет на проявление болезни. Важно отметить, что острая форма гидронефроза развивается довольно стремительно и предвещает негативный исход, если не начать лечение.

При остром обострении периодически начинает появляться боль в области поясницы в виде нарастающих ежедневных приступов. Такой симптом должен заставить задуматься о походе к врачу. Правдивыми симптомами болезни может быть также замечание почечной недостаточности, частые почечные колики, которые распространяются по мочеточнику. Так, быстро происходит забивание мочевых каналов, которые отмечает наука урология. Колики могут распространиться в бедра, область паха, промежность или гениталии, тогда, как женщина, так и мужчина, будут периодически ощущать боль в этих частях тела.

Список общих симптомов при гидронефрозе:

  • частые позывы организма отправиться в туалет и произвести мочеиспускание;

  • еще один признак – постоянная тошнота после каждого приема пищи;

  • головная боль;

  • усталость, раздражение;

  • рвотные позывы;

  • в моче могут появляться капли крови, которые можно заметить как невооруженным глазом, так и сдав анализ в лабораторию.

Люди, которые ежедневно ведут борьбу с гидронефрозом, часто также указывают на такие признаки заболевания, как высокое артериальное давление, вздутие живота. Кроме того, у больных очень часто поднимается температура. Если говорить об одностороннем асептическом хроническом гидронефрозе, то он большую часть своего времени развивается латентно. Он влияет на развитие почечной недостаточности, боли в мочевых каналах. В таком случае мочевой пузырь при мочеиспускании испытывает дискомфорт. Больной может испытывать постоянную боль не только в пояснице, но и в ребрах, а при физических нагрузках все болевые ощущения на обе почки еще больше усиливаются.

Если не остановить развитие гидронефроза, то может быть летальный исход заболевания, поэтому очень важно обращать внимание на все проявляющиеся симптомы. Людям, у которых диагностирован гидронефроз почек не рекомендуется пить очень много воды, поскольку из-за повышенного водного баланса они могут ощущать такие симптомы, как боль в почках.

В целом гидронефроз почки может проявляться еще и таким симптомом, как дискомфорт в почках, бессонница, покалыванием в пояснице, хронической усталостью, низким уровнем трудоспособности, гематурией. Если у больного гидронефрозом почек замечается частая высокая температура тела, то вероятнее всего он инфицирован. При таких симптомах необходимо незамедлительно обращаться за помощью к врачу. Если почка человека воспалена, то необходимо принимать антибиотики и другие медикаменты, но, чтобы потом не ощущалась боль в почках, нужно проконсультироваться с врачом.

Инфицированный мочевой пузырь тоже может проявлять свои симптомы при гидронефрозе почки, поскольку тогда больной ощущает сильнейшую боль при мочеиспускании или испытывать проблемы с хождением в туалет. Необходимо обращать внимание на все симптомы, которые подает организм, чтобы в дальнейшем не было проблем с почкой.

Врачи отмечают, что когда у пациента болит мочевой пузырь, а также обе почки, то больной предпочитает спать только на животе и не может менять позиции. Такие симптомы тоже заставляют задуматься о болезни. Так, чтобы защитить почку, человек пытается оказать давление и улучшить отток мочи. Практически у каждого может развиться гидронефроз в почке, поэтому уделять внимание стоит каждому признаку. Помешать гидронефрозу реально, если найти причину болезни и использовать современные методы лечения. Стоит следить за почками и делать необходимые анализы на проверку их состояния.

У вас появились симптомы гидронефроза?

Точно диагностировать заболевание может только врач. Не откладывайте консультацию — позвоните по телефону +7 (495) 775-73-60

Диагностика гидронефроза

Чтобы выявить страдает ли человек от боли в почке, ему необходимо пройти специальную диагностику перед тем, как непосредственно приступить к лечению. Для начала врачу необходимо собрать все данные о пациенте и на основе уже известной информации провести физикальное обследование. Такой способ считается одним из наиболее проверенных в области диагностики, если отмечено, что почка находится в опасности и нужно лечение. После того как пациент успешно проходит физикальное обследование, ему предстоит ряд специальных лабораторных анализов, а также некоторые инструментальные исследования. Обычно все эти способы используются при современной диагностике. Для установления точного диагноза на лечение, если у больного повреждена почка, профессионалы в клинике могут провести глубокую пальпацию живота. Так определяется, насколько растянут мочевой пузырь у взрослого или ребенка и увеличена ли почка.

Если больной жалуется на то, что периодически он ощущает колики в области живота, то диагностика позволяет сделать катетеризацию мочевого пузыря. В большинстве случаев многие клиники прибегают к проверенному методу диагностики – УЗИ. Это комплексный подход врача к тому, чтобы понять, с чем он имеет дело, иногда используются и рентгеноконтрастные исследования. При помощи рентгена можно легко определить, как работает выделительная функция при активной почке.

Чтобы еще более эффективно и точно проверить почку, доктора прибегают к уретроскопии, нефроскопии перед тем, как назначить непосредственное лечение пациента. Кроме этого, на анализы постоянно сдается крови и моча, чтобы доктор смог отслеживать изменения биохимических показателей.

Причины гидронефроза

Все доктора называют различные причины гидронефроза, поскольку у каждого человека это заболевание может протекать по-разному. Одна из самых распространенных причин у гидронефроза – это отхождение мочеточника от почечной лоханки. Такое бывает еще в детском возрасте, когда нарушается все строение органов. Еще одной причиной болезни может быть опухоль, которая в таком случае должна располагаться на одном уровне с мочеточником и при этом постоянно надавливать на него. Также явная причина возникновения болезни – это грибок, который при несоблюдении норм гигиены может поразить канал мочеиспускания.

Доктора активно выделяют такую причину, как беременность у женщин. Практически каждая женщина планеты, находясь в положении, хотя бы раз страдала от этого заболевания. Явные причины болезни – это гинекологические заболевания, поскольку от одной проблемы сразу же возникает другая.

Заболевание предстательной железы у мужчин может стать причиной не только развития простатита, но и гидронефроза, что повлияет и подкосит здоровье одной или двух почек. Еще одна известная многим причина – это заболевание мочевого пузыря, причем вариаций его более чем достаточно: от опухоли до травмы.

Лечение гидронефроза

Вылечить гидронефроз можно различными методами. Важно лишь найти правильный индивидуальный подход к каждому пациенту и назначить подходящий курс лечения. Если определиться с комплексом препаратов, упражнений и методик, то можно не только вернуть почку к жизни, но и улучшить ее работу. У всего курса лечения есть несколько целей – устранить все причины развития гидронефроза, привести организм человека в порядок и оказать профессиональный должный курс лечения. В основном доктора пользуются консервативным или хирургическим способом лечения.

Что касается первого варианта, то это лечение применяют только на первых стадиях заболевания и оно скорее симптоматическое. В его ходе доктора используют различные препараты, устраняющие боль, воспаление, температуру. Если во время диагностического исследования была выявлена инфекция, то консервативное лечение допускает использование антибиотиков. Если же этот курс не помог, то затем следует операция, но принятие медикаментов – это обязательный этап при лечении гидронефроза.

Очень часто для полного выздоровления пациента необходима операция. Тогда происходит вторая часть лечащего курса – хирургическое вмешательство. Рекомендуется не затягивать и уже на ранних стадиях проявления болезни проводить операцию, особенно, если у пациента была выявлена врожденная аномалия.

Врачи, занимающиеся лечением этой болезни

Как объяснялось выше, лечением и изучением гидронефроза подробно и профессионально занимается такая сфера медицины, как урология. Но непосредственно лечением занимается не уролог, а нефролог. Дело в том, что по большей части пациенты имеют дело не с проблемой мочевого пузыря, а непосредственно с плохой функциональностью работы почек. Именно нефролог профессионально изучает такой орган человеческого тела, как почки. Нефролог диагностирует заболевание, дает свои рекомендации, назначает профилактику заболевания почек и собственно лично проводит лечение, если это касается его области.

Нельзя сказать, что только нефролог справляется с такой патологией, как гидронефроз, поскольку изначально больной посещает терапевта. В большинстве случаев после первичного приема терапевт направляет клиента к эндокринологу, чтобы тот сделал свои профессиональные выводы. Если подозрения на заболевание оправдаются, то человек идет на прием к урологу и уже после этого его болезнью начинает заниматься нефролог.

В АО «Медицина» (клиника академика Ройтберга) каждый пациент получает должное внимание и уход, и это касается не только медперсонала. У каждого больного будет свой лечащий врач, занимающийся его заболеванием, поэтому список врачей клиники очень большой. Всегда есть возможность выбрать того доктора, который больше располагает к себе или имеет профессиональные навыки именно, например, в случае гидронефроза.

Показания

Чтобы болезнь быстрее сошла на нет, многие врачи выделяют такие показания: ежегодно обязательно нужно посещать уролога для выявления возможных патологий на ранней стадии, УЗИ почек – это обязательное показание. Именно ультразвуковое исследование способно дать точные данные о том, что творится с почками в организме человека. Лучше всего периодически проводить и профилактику заболевания мочевого пузыря.

Кроме того, людям не стоит забывать о ведении здорового образа жизни, правильном питании. Все это взаимосвязано, поскольку из-за большого количества соленой, жирной еды и алкоголя страдает не только печень, но и почки. Если человек не будет следить за состоянием своего здоровья, то вполне возможно, что уже в молодости он начнет страдать от патологий.

Противопоказания

При гидронефрозе врачи выявляют и некоторые противопоказания, о которых не стоит забывать, поскольку от этого зависит эффективность лечения пациента.

Выделяют такие противопоказания при гидронефрозе:

  • больному нельзя заниматься тяжелыми видами спорта и вообще физически напрягаться;

  • лучше не заниматься верховой ездой, не ездить на велосипеде или мотоцикле;

  • ни в коем случае нельзя заниматься самолечением и народной медициной;

  • без предписания врача нельзя уменьшать или увеличивать дозу обезболивающих, жаропонижающих, противовоспалительных медикаментов;

  • стоит отказаться от вредной пищи и сесть на специальную диету, потому что все жирное, соленое, пряное противопоказано.

Стоимость первичного приема, исследований, лечения

Назвать точную стоимость всего курса лечения гидронефроза в клинике или же первоначальной диагностики невозможно. Все это зависит от того, какой специалист будет работать с больным, а также какие методики в ходе выздоровления будут использоваться. В медицинском центре преимущественно используется только современное инновационное оборудование. Это же касается и лекарств, которые ускоряют ход выздоровления. Следовательно, даже первичный прием у каждого клиента индивидуален, из-за чего и цена будет разной. Чтобы иметь хоть малейшее представление о том, во сколько обойдется лечение в клинике, можно ознакомиться с таблицей расценок.

Преимущества лечения в клинике АО «Медицина»

Клиника АО «Медицина» – это профессиональный медицинский центр, который оказывает услуги на высочайшем мировом уровне. Каждый пациент получит эффективное лечение, постоянный уход и внимание со стороны медперсонала. Кроме того, в клинике работают профессионалы с многолетним стажем, которые никогда не допустят даже малейшую ошибку. Нашей клинике можно доверить свое здоровье. Каждого нового пациента ожидают современные чистые палаты, хорошее правильное питание и лучшее инновационное оборудование, способное быстро поставить на ноги.

Фрагмент: txt_me — LiveJournal

Этот фрагмент был написан наполовину, застрял и отложен, но легко дописался благодаря игре. В знак благодарности выкладываю, в блицах редко бывают дополнительные тексты, реально трудно успеть. Думаю, этот фрагмент можно опубликовать без замка, он не сюжетообразующий, но всё равно под катом, чтобы легко было не читать.

Эдо
март 2020 года

Жизнь стала совсем какая-то удивительная, даже по его меркам. Иногда говорил — не себе, судьбе — строго, как распоясавшемуся хулигану: «Эй, ты чего, так нельзя, я же всё-таки живой человек!» Не помогало (к счастью, не помогало, что бы он, интересно, стал делать, если бы вдруг помогло).
Поневоле вспоминал книгу, которую написал в позапрошлой, по ощущению, жизни, когда был совсем молодым. Дурацкий роман о приключениях на Другой Стороне, из-за которого, собственно, насмерть разругался с Тони Куртейном, психанул, и всё понеслось. Смеялся теперь над собой: надо же, сам тогда думал, что книжка — фантастика, сказка, но по сравнению с тем, что сейчас каждый день происходит, это был какой-то унылый, смурной, ущербный недореализм. То, как представляют себе приключения и чудеса те, с кем ни того, ни другого пока не случилось. Хорошо, что сжёг его на хрен. И что на Тони Куртейна так тогда разозлился. И что наделал страшных глупостей, хорошо — ну, раз уж вот так, в итоге, это закончилось. То есть, тьфу, какое «закончилось». Только-только, можно сказать, началось.
Он и правда сейчас ощущал буквально каждое утро самым началом жизни. Каждый день — своим первым днём на земле. И это было круче всего. Всё остальное, включая поездки и бесконечные вечеринки в двух реальностях попеременно, лекции, на которых его так вдохновенно несло, что за пару месяцев наговорил на новую книгу — это, ну, просто приятное оформление того, что теперь называется словом «жизнь».
Приятным, прости господи, оформлением был даже Сайрус, хотя сказал бы кто лет двадцать… да ёлки, всего полгода назад, что однажды кроме собственных ощущений, настроения, мыслей у него появятся чьи-то чужие, явственно отличимые от собственных, настолько на них не похожие, что волосы дыбом, такое кино-не-для-всех изнутри, и одновременно его собственная жизнь тоже станет чем-то вроде кино для постороннего наблюдателя, взвыл бы превентивно от ужаса: ни за что, никогда! Однако на практике оказалось, это никакой не ужас, а здорово. Сайрус отличный, с ним не соскучишься. Идеальный вымышленный друг. Неизменно полон энтузиазма: как же ты интересно живёшь! И подбивает на дурацкие выходки: интересно же, эксперимент! А иногда помогает — словом, и даже немножко делом; в такие моменты чувствуешь себя сказочным Аладдином, который обзавёлся полезным в хозяйстве джинном и для удобства его проглотил. То есть, с Сайрусом скорее такая проблема, что занят по горло своими мертвецкими жреческими делами и регулярно надолго исчезает со связи, а не то, что он есть.
Иногда посреди этого непрерывного ликования Эдо как бы из чувства долга, имитируя былой здравый смысл, читай, тревожный самоконтроль, строго спрашивал себя: а не сошёл ли я с ума окончательно? Не допрыгался ли? Не мечусь ли вот прямо сейчас в бреду? И всякий раз с удивлением убеждался, что ответ на этот вопрос не имеет значения. Ну, предположим, сошёл, что с того? Опыт есть опыт, ощущения есть ощущения; лично я бы свои ни на какую нормальность не променял. В наихудшем случае, у меня самые крутые галлюцинации за всю историю мировой психиатрии, грех от таких отказываться, — весело думал он.

Жить на Другой Стороне уже было не обязательно. Мог окончательно вернуться домой. Вроде, не целиком состоял из родной домашней материи, Сайрус говорил, её примерно шестая часть, но этого оказалось достаточно, чтобы больше не таять — ни через сутки, ни через неделю. Лично проверил ещё в январе, поселившись на Маяке у Тони Куртейна; собственно, именно Тони на проверке и настоял. Следил за ним, как нянька за новорожденным, даже в город отпускал неохотно, ждал подвоха; ну, Тони есть Тони, вроде бы сам — главное чудо в городе, маячный смотритель, а при этом скептик, каких поискать. Но неделя даже его убедила. Сказал: «Плохо дело, придётся тебе придумать какой-нибудь новый экзотический способ себя угробить, растаять Незваной Тенью — больше не вариант».
Однако от квартиры на Другой Стороне он не спешил отказываться. Потому что, во-первых, ищи дурака жить в одной реальности, когда можно в обеих сразу. А во-вторых, — говорил себе Эдо, — у меня же Другая Сторона толком до сих пор не изучена. Сколько я там путешествовал, ерунда. Это только когда начинаешь хвастаться, получается много, а на самом деле, я и тысячной части пока не увидел. Такой мир огромный. Интересный, красивый, жуткий, ни на что не похожий мир. Ещё и выставки всюду; вот это действительно ужас кромешный — хоть разорвись на части, везде всё равно не успеть. Но хотя бы раз в месяц надо куда-нибудь выбираться. Путешествия теперь не только радость, но и в какой-то степени долг. Если уж выяснил, что твой взгляд каким-то образом «возвышает» и наполняет жизнью, обязан на всё вокруг внимательно посмотреть.
Он, собственно, и выбирался — в январе слетал на два дня в Париж на выставку Базелитца, в феврале — в Мюнхен на Верёвкину и Явленского. И был твёрдо намерен продолжать в том же духе. Составил план поездок на полтора года вперёд. У него было огромное искушение бросить всё к чёрту и мотаться по миру, по обеим реальностям сразу, пока деньги не кончатся; по примерным прикидкам, гонораров за переиздания старых книг, скопившихся за время его отсутствия, должно было хватить на несколько беспечных лет. Однако нехорошо бросать студентов посреди учебного года, это его останавливало. И Тони Куртейн его останавливал — самим фактом своего существования. И волшебное кафе его двойника, где завязалось столько невероятных знакомств, уже почти дружб. Поэтому пока вот такой компромисс: одно путешествие в месяц на Другой Стороне. А дома надо дождаться каникул и съездить на Чёрный Север. Сабина сказала, ему туда обязательно надо. Глупо было бы не послушаться человека, ставшего у него на глазах огненной зелёной рекой.

Начало марта оказалось забито делами совсем под завязку. К лекциям добавились дополнительные публичные, сам когда-то сдуру с три короба наобещал, и вот настигла расплата; плюс пришло время вычитывать корректуру «Практики приближения к невозможному»; плюс выставка Зорана, который теперь других инсталляторов к своим картинам подпускать не желал. Всё это было счастьем, но такой нелёгкой его разновидностью, когда к ночи уже еле держишься на ногах, а от кружки ярмарочного глинтвейна готов упасть под ближайший стол. Поэтому до своей квартиры на Другой Стороне Эдо две недели не добирался, ночевал у Тони Куртейна на Маяке, а в день развески — прямо на полу в галерее, укрывшись пальто художника, вот настолько себя загонял.
Однако три дня на поездку он как-то выгрыз, не пропадать же заранее купленным на распродаже билетам в Вену, где в Леопольде как раз шла выставка работ немецких экспрессионистов, сборная, из разных коллекций, редкий шанс увидеть в одном месте сразу много обычно почти недоступных картин. Ну и плюс Хундертвассер. Вена это всегда Хундертвассер, раньше несколько раз ездил туда специально к нему, как к старому другу, так-то Вену не особо любил, и теперь у короткой поездки на выставку была дополнительная задача — это исправить. Посмотреть на постылую имперскую Вену своим новым зрением и наконец-то её полюбить. Потому что если тебе не нравится город, значит где-то ты сам слажал, — говорил себе Эдо. — Проглядел, проморгал, был не в том настроении. Нет на свете «плохих» городов.

Самолёт был в два с какими-то там минутами; Эдо сперва проспал, не катастрофически, но ощутимо, потом спросонок долго слонялся по проходным дворам, которые показал ему Юстас из Граничной полиции, мастер перехода, каких поискать. Через Юстасовы дворы он проходил на Другую Сторону легко, обычно с первой попытки, вообще без проблем, но когда опаздываешь и торопишься, всё идёт наперекосяк. В итоге, ворвался в свою квартиру уже после полудня, схватил документы и дорожный рюкзак, где всегда лежали запасные носки, свитер, бритва и прочие необходимые мелочи — жалко, причём не денег, а времени на месте всё покупать. Вызвал такси и приехал в аэропорт примерно за час до вылета; в этом смысле, Вильнюс очень удобно устроен, от центра до аэропорта ехать десять минут, как раз успеваешь зарегистрироваться на рейс, сохранить билет в телефоне и выдохнуть, осознав, что сделал это в самый последний момент. Практически не приходя в сознание, проскочил досмотр, удивившись, как мало сегодня народу, никаких очередей, повезло. По традиции купил ужасающий кофе в автомате, который считал чем-то вроде жертвы мелким аэропортовым божествам, и пошёл к табло узнать номер гейта. Вот тогда-то и офонарел, обнаружив, что его рейс в Вену не просто отложен, что иногда случается, а вообще отменён. И все остальные рейсы тоже отменены, кроме какого-то одного, он так и не понял куда, хотя все буквы в названии города были знакомые. Кажется, просто временно разучился читать — от, скажем так, удивления. А как ещё это чувство назвать.

Какое-то время Эдо стоял перед этим табло в надежде, что произошёл технический сбой, сейчас экран вздрогнет, моргнёт, замелькает, и всё встанет на место. Вместо одинаковых надписей «отменён», «отменён», «отменён» появится нормальная информация — время вылета, номера гейтов, и что ещё там. Но этого не случилось, хотя ждал он довольно долго. Ну, по крайней мере, пришёл в себя настолько, что вернулась способность читать. И он наконец прочитал, что пассажиров отменённого рейса в Вену просят пройти к стойке регистрации Люфтганзы. Из этого следовало, что надо вернуться обратно в зал. А потом придётся заново проходить эти их дурные досмотры, — сердито подумал Эдо. Тогда он ещё не догадывался, что не будет никакого «потом».
Шёл как во сне через пустые залы, по указателям «выход», перед ним автоматически открывались двери и тут же захлопывались за спиной. Чувствовал себя очень странно — всё вокруг казалось чужим, неприятным, враждебным, как в юности, когда ещё не привык к Другой Стороне. Спустился на эскалаторе в зону выдачи багажа, оттуда попал в зал прилёта, совершенно безлюдный — ни прибывших, ни встречающих, вообще никого. Вышел на улицу, закурил, стоял, растерянно озираясь, словно и правда только что прилетел. Всё это было так похоже на сон, что удивился, вдохнув горький дым сигареты. Для сновидения как-то чересчур достоверно. Хотя чёрт его знает. Разные бывают сны.
Из зала прилёта в зал вылета можно было попасть на лифте, но он не стал рисковать. Знаем мы эти лифты, такое вытворяют в человеческих снах, что лучше уж добровольно сунуться в пасть к чудовищу. Что оно сделает? Максимум, проглотит, и всё. Лифты не столь милосердны, по крайней мере, с точки зрения человека, в своё время поневоле ставшего крупным специалистом по кошмарным снам.
Поэтому отправился в зал отлёта пешком, в обход. Всю дорогу чувствовал себя конченым идиотом — если это сон, зачем вообще идти к стойке регистрации? Чтобы там — что? А если не сон, какого чёрта я испугался лифта? Что за внезапная фобия? Вроде, наяву всё у меня с лифтами складывалось нормально, ни разу в жизни не застревал.
Но вопреки обыкновению, не вернулся, чтобы прокатиться на лифте дурацкому страху и себе самому назло, хотя обычно поступал так практически на автомате: боишься? Делай, давай. Однако сейчас был настолько выбит из колеи, что в организме слетели настройки. Больше не было никакого «обычно». «Обычно» — это чёрт его знает, как. Потом совершу какой-нибудь дополнительный подвиг, чтобы компенсировать лифт, — совершенно серьёзно пообещал себе Эдо. — Сперва надо разобраться, что происходит. Почему отменили все рейсы сразу, не только мой? Законы физики изменились, и самолёты перестали летать, как у нас? Было бы, кстати, отлично. То есть, ужас как неудобно, зато очень смешно.

Перед стойкой Люфтганзы была небольшая очередь, человек пять. Встал в конец, внимательно слушал диалоги девчонок-операторов с пострадавшими пассажирами. Всем предлагали замену: билеты на какие-то странные рейсы с неадекватными пересадками — через Стокгольм, Лондон, Одессу, Стамбул. Вылет, может быть, завтра, но это не точно; нет, мы пока не знаем, как будет с обратным билетом, сейчас никто ничего не знает, вы что.
Это было слишком абсурдно даже для сновидения, поэтому у Эдо окончательно сдали нервы, и он громко спросил: «Что вообще происходит, мне кто-нибудь объяснит?» Воцарилась гробовая тишина, наконец одна из девчонок спросила: «Вы что, новости не читаете?»
Вообще-то новости он читал. Изредка, под настроение. В этом месяце — целых два раза, пока ждал заказа в кафе. Правда, это были не здешние, а домашние новости. Что Зыбкое море теперь снова почти в центре города, в самом конце бульвара Добрых Вестей. Что началось строительство новой скоростной автомагистрали через Пустынные Земли, которая лет через десять, если строители не напортачат, возможно, что-нибудь с чем-нибудь худо-бедно соединит. Что на базе Политехнического Университета создан новый экспериментальный факультет, где будут обучать специалистов по аппаратуре и технологиям Другой Стороны. А также интервью с устроителями Большой Весенней ярмарки, дискуссия медиков и теологов о гипотетической пользе контрабандного табака, очередное разоблачение лженауки метеорологии, расписание концертов, рекомендации ресторанных экспертов — словом, всё как всегда.
Но от подробного пересказа прочитанных в этом месяце новостей Эдо благоразумно воздержался. Пожал плечами, пробормотал универсальное объяснение: «Слишком много работы», — и потом долго слушал сбивчивые рассказы операторов и пассажиров из очереди про какой-то дивный новый грипп, от которого все буквально со дня на день помрут, но это не точно, про карантинные меры и закрывающиеся границы; вроде, в Австрию уже никого, кроме постоянно проживающих не пускают, или буквально с завтрашнего дня перестанут пускать. Мрачно подумал: значит, с выставкой пролетаю. А ведь хотел же выбраться в конце февраля! Одна надежда, что это всё-таки сон. Новая разновидность кошмаров о том, как никуда не можешь уехать; на самом деле, сравнительно безобидная, так что пусть.
Окончательно убедившись, что проснуться прямо сейчас не получится, он вежливо поблагодарил всех собравшихся за пересказ новостей, развернулся и пошёл прочь, даже не выяснив, есть ли возможность вернуть деньги за чёртов билет, а это было настолько не в его духе, насколько вообще возможно. Терпеть не мог, когда что-то — хоть билеты, хоть деньги, да хоть зачерствевший бублик — пропадало зря.

Из аэропорта в центр можно доехать автобусом, очень быстро, примерно за четверть часа, или вызвать по телефону такси, если знаешь правильного оператора, выйдет дёшево, главное — не садиться в машину, которые прямо у входа стоят. Эдо всё это, конечно, знал. Но плюнул на транспорт и пошёл в город пешком, через какие-то пустыри, частично оборудованные под автомобильные стоянки, мимо магазина IKEA и дальше, вдоль трассы до улицы Лепкальнё, оттуда почти сразу свернул в микрорайон Расос и побрёл, петляя, в сторону центра, можно сказать, огородами: там частный сектор, всюду сады за заборами, деревья чёрные, голые, как положено в марте, но на клумбах цветут подснежники, и разноцветные крокусы пробиваются из жухлой прошлогодней травы.
Правильно, в общем, сделал, что пошел пешком. Универсальное правило: в любой непонятной ситуации или берись за работу, или вставай и иди, всё равно, куда. Придумал его, вернее, вывел методом проб и ошибок ещё в давние времена, когда был настоящим человеком Другой Стороны, чья жизнь по умолчанию чрезвычайно сложна. И сейчас она снова стала сложна — внезапно, без предупреждения. Больше всего на свете Эдо ненавидел, когда рушатся его планы. И, конечно, беспомощность. И ещё — когда вокруг начинает твориться унылая мутная хренота.
Коктейль из всех ингредиентов сразу оказался убойный. Под его воздействием Эдо даже не сразу понял, что его всё это мало касается. Ну, то есть, касается — но только в том смысле, что поездка на выставку накрылась понятно чем. Обидно, но на катастрофу не тянет. А так-то, — он сам удивился, что вспомнил об этом не сразу, — я здесь человек посторонний. Какое мне дело до дурацких проблем Другой Стороны.
По большому счёту, это, конечно, не было правдой, но когда ты зол и растерян, обозначить дистанцию между собой и источником огорчения — самое то. Наваждение, помрачившее его разум, пока шёл через пустой аэропорт, понемногу рассеялось. Больше не чувствовал себя беспомощной жертвой обстоятельств. Весело думал: ладно, чёрт с ней, поездкой. У меня есть три выходных, и уж их-то никто не отберёт. Предположим, я только приехал в Вильнюс. Не впервые в жизни, но после долгой отлучки. Буду гулять по городу, как праздный турист. Высплюсь наконец-то по-человечески. И с местными духами до полного обретения дзена напьюсь.
С этой мыслью он свернул к ближайшей детской площадке, сел на качели, слегка оттолкнулся ногой от земли. И подумал голосом Сайруса, но всё-таки сам подумал, а не услышал его: интересно, что теперь будет? Правда, что ли, все вокруг от дурацкого гриппа помрут? И Другая Сторона станет пустынной? Серьёзно? Постапокалипсис, битва за смузи с киноа и прочий Мэд Макс? Ладно, мне-то понятно, чем заниматься в таких обстоятельствах: вооружусь до зубов и поеду грабить музеи. Тянет на дело жизни! Всё самое ценное утащить не успею, но пусть хотя бы экспрессионисты хранятся у нас.
Привычным усилием перенастроил зрение, сообразив, что если миру грозит какая-то крупная катастрофа, это наверняка можно определить по движению его сияющих линий. Но линии мира текли и мерцали обычным образом. И почти невыносимое счастье, немилосердное, как Тонин острый томатный суп, охватило его, как всегда в такие моменты. Одно из двух, — думал Эдо, блаженно раскачиваясь на качелях, — или линиям мира пофиг человеческие катастрофы, или паника на пустом месте, новости врут.

Мне помогли (возможно не самым очевидным образом) тема Ананаса «Побег сквозь пальцы» и Чудина «минута на онемение».

Как вернуть свой голос

Советы по быстрому возвращению вашего голоса к здоровью и функциональности